сказки, Статьи

Как Веточкин Зиме помог

zima

Петька Веточкин сидел бери подоконнике в своей комнате и, наблюдая за улицей, думал о томишко, как неправы бывают родители, отправляя его спать в репрессия за порванные в пылу хоккейной баталии штаны. Разве хоть головой об стену бейся понять, что Петькиной вины тут нет! Было бы предпочтительно снега, лёд на корте был бы потолще, безвыгодный торчали бы голые ветки по краям, не вслед что было бы зацепиться при падении.

   Биться об заклад с мамой было бесполезно, и Петька ушел в свою комнату, да спать не лег, а, выключив свет, уселся на подоконник и стал расценивать машины, проезжающие по улице – сколько их справа неправомерно едет, сколько наоборот, сколько грузовиков и легковушек. Не ахти какое ремесло, но все же – не сон. Но машины по малом времени надоели, и мальчик переключил внимание на окна дома назло, где мелькали огоньки новогодних гирлянд. Вдруг в вечернюю тишину проник который-то звук – то ли плач, то ли ложечка, то ли говор. Петька поднял голову, пытаясь обнаружить, откуда этот звук, и чуть не свалился с подоконника. В краю приоткрытой форточки сидела малюсенькая девчонка!

   – Эй, – тихонько позвал Петька гостью, – ты кто именно такая?

   Девчонка оглянулась, увидев мальчика, тоненько взвизгнула и, взмахнув серебристыми крылышками, упорхнула после край окна.

   Петька поднялся на бежим и выглянул в форточку:

   – Ну, ты гораздо подевалась? Не бойсь, не обижу. Чего ревела-в таком случае?

   – Я не ревела, – прозвенела малышка, присаживаясь опять-таки на краешек открытой форточки, – я горевала.

   – А отчего случилось-то? – Петька с интересом разглядывал собеседницу.

   Ростом возлюбленная была не больше его ладони, на голове была одета белая головка шапочка, из-под которой выглядывали золотисто-желтые косички с голубыми бантиками, голубенькая шубка все переливалась разноцветными искорками, на ногах у девчонки были белые валеночки. А самое удивительное – за спиной у неё трепетали тоненькие блестящие крылышки.

   – Приключилось, – гостья вздохнула как-то совсем по-старушечьи, – Новехонький год скоро придёт, а такое творится! Снега нет! Морана не наступает.

   Петька согласно кивнул:

   – А твоя милость знаешь, почему?

   – Как не мастером)! – девчонка свалилась бы с форточки, если б не крылья, – Зиме в) такой степени не терпелось вступить в свои права, что она вперед положенного рассыпала везде свои снега. А сестрица её Сезон обиделась, позвала ветра с дождями и такую круговерть в нашем царстве устроила, словно сломались волшебные сани Зимы. А Осень спать в своих покоях устроилась.

   Веточкин, затаив дуновение, слушал гостью. Вот друзья удивятся, когда он им до сего времени расскажет!

   – И что, починить не можете? – удивился Петька, – ваша сестра ж волшебники!

   Кроха огорченно проговорила:

   – И, волшебники, но сани починить не можем. Зима волшебную силу целым саням даёт, а у них полозья поотваливались.

   Петька поскрёб в затылке:

   – Ещё бы-а, задачка. И что никто-никто не умеет у вас починять сани?

   Малышка кивнула головой и горестно вздохнула.

   – Приколись!, а тебя как зовут, – Петька встал на подоконник ногами, с тем быть на одном уровне с гостьей.

   – Меня Снежаной зовут, я помогате Зимы, – ответила та, улыбнувшись.

   – Я чисто что хочу сказать, Снежана, – мальчик помедлил, собираясь с одним заходом, и сказал, – летом в деревне я вместе с дедушкой чинил телегу, думаю, и полозья к саням прибить бы сумел.

   Снежана, амором-быстро замахав крыльями, взлетела над форточкой.

   – Вишь здорово! – Воскликнула она. – Полетели к нам!

   Снежана вспорхнула надо форточкой, но тут же села обратно:

   – А чисто же ты полетишь? Крыльев нету, я тебя не подниму. Полагается что-то придумать.

   – Да ужак придумай что-нибудь, снега очень хочется. Да, и С иголки Год без него не праздник, а просто недоразумение, – стараясь не пропустить ни звук наблюдая за девчонкой, проговорил Петька.

   Снежана эдак смешно топала своими валеночками по форточке, что Веточкин с трудом сдержался, чтоб без- рассмеяться. Но малышка была очень сосредоточенна, и мальчик понял – его хохотня будет лишним.

   Помощница Зимы вдруг остановилась и посмотрела получи и распишись хозяина:

   – Я, кажется, придумала, как тебя узнать на собственном опыте в царство Года, – заметив удивлённый взгляд мальчика, пояснила, – наше хань так называется, а живут в нём Времена года. Каждое в своем дворце. Правит у нас Хрен Год, самый мудрый правитель на всём свете, а и он не может повлиять на строптивую Осень, и своенравную Зиму, до перебора у них характеры независимые.

   Петька кивнул и спросил:

   – А придумала-в таком случае что? Как я ваши сани чинить буду?

   – Вылезай бери улицу, – скомандовала Снежана.

   – Вроде это «вылезай»!? В форточку что ли? Я ж не пролезу, – рассмеялся Веточкин, – я ж великоватый, не то, что ты. Я лучше через дверь выйду.

   Посетительница заметно смутилась:

   – Ой, точно. Простите, это я сгоряча. Выходи, я буду ждать тебя у старого тополя.

   Глядельщица, сверкнув крылышками, упорхнула в темень вечера.

   Веточкин тихонько открыл калитка комнаты, пробрался в коридор. Мама с отцом смотрели телевизор в порядочный комнате. Обуться в валенки, надеть пуховик и шапку, достать с кладовки отцов ящик с инструментами было делом минуты, сложнее было эдак открыть и потом закрыть входную дверь, чтобы она малограмотный скрипнула и не звякнула замком, но Петьке это посчастливилось. Через несколько минут он уже стоял у старого, высоченного тополя, почему рос в глубине двора.

   Снежана, легко помахивая крылышками, опустилась мальчику сверху плечо.

   – Сейчас я тебя кое с кем познакомлю, – сказала возлюбленная и взмахнула рукой.

   Тотчас снег вокруг них белые мухи стал клубиться, и кружащимся столбиком подниматься выше и выше, часа) не вырос ростом с Петьку. У столбика появились весёлые, черные что угольки, глаза, нос и улыбающийся рот.

   – Знакомьтесь. Сие моя подружка, младшая дочка Зимы, Метелица. А это… ой, а твоя милость мне так и не сказал, как тебя зовут! – Снежана через растерянности даже взлетела над Петькиным плечом.

   – М-м-ме-тел-л-ица? – Осекаясь, повторил Веточкин, – а я Петя. Пётр Веточкин, ученик шестого класса.

   – Снежанка сказала, точно ты сможешь починить мамины сани, – голос Метелицы был тихим, шуршащим.

   – Я попробую, меня дедулечка летом в деревне учил управляться с инструментом, – Петька и верил, и безлюдный (=малолюдный) верил в происходящее, ему очень хотелось ущипнуть себя ради нос, чтобы убедиться, что это не сон.

   – О ту пору полетели, – пошелестела Метелица, вдруг у снежного столбика появились плоскости, словно приготовилась к полёту гигантская птица, поднялся ветер, кой легко подхватил Веточкина и понес над землей.

   В первые минуты полёта Петьке было до ужаса, ну, самую капельку.… А потом стало даже интересно – внизу мелькали городские кварталы, умереть и не встать дворах светились новогодние ёлки. Постепенно видимость ухудшилась, постоянно вокруг мальчика стало белёсым, словно он был в недрах облака. Скоро Петька стал снижаться, и он понял, почто полёт заканчивается.

   Когда облако рассеялось, оголтец увидел, что тёмный вечер сменился ярким солнечным средь бела дня. Петька стоял посреди большой снежной поляны, далеко у нить сверкал на солнце большой бело-голубой дворец. Веточкин посмотрел бери Метелицу, рядом были с нею белые с серебряными звёздами воз, похожие на те, в которых зимой его катал деда. Только в деревне сани были исправны, а тут они были перевёрнуты, а прозрачные полозья лежали на известном расстоянии.

   – Вот, видишь, полозья отвалились, – показала держи них Метелица.

   Петька с самым серьёзным видом обошел вкруг саней, внимательно рассматривая места крепления полозьев. Потом с мало-: неграмотный меньшим вниманием осмотрел и полозья.

   – Полозья целы, ажно не треснули, – выдал он свой вердикт Метелице, – я могу сбрендить, почему сани сломались.

   – Это в честь какого праздника же? – метелица недоверчиво смотрела на мальчика.

   – Крепления-так какие были? Я вижу только ледяное крошево на месте аварии, из чего явствует, полозья к саням льдом крепили, – Петька свысока (сколько это было возможно) смотрел на снежный столбик.

   Метелица расстроенно проворчала, взметнув снежинки:

   – Не без затей льдом, а самым крепким волшебным льдом.

   – Эх, твоя милость, голова два уха, – Веточкин повторил слова своего деда, взглянул для собеседницу и расхохотался, – слушай, а у тебя уши есть?

   Метелица обиделась, было, же засмеялась вместе с Петькой:

   – Конечно, (у)потреблять, иначе, я б с тобой говорить не могла, просто их перед причёской не видно.

   – Причёской? – Петька только-только не упал от смеха на снег.

   А Метелица подняла кругом себя снежные хлопья и действительно стала похожа на девочку-растрёпку.

   – Посмеялись, и хватит, – стала серьёзной Метелица, – как же настроить мамины сани. Плохо же всем без снега!

   – Я придумал, – Петька опустил получи и распишись снег отцов чемоданчик, открыл его и достал разноцветную коробочку, – знаешь, что же тут было? Конфетки маленькие такие, леденцы, я всё срок их название забываю. Слово больно заумное. Когда пишущий эти строки все конфетки съели, папа стал в этой коробочке скрывать гвозди. Смотри.

   Мальчик высыпал на ладошку порядком гвоздиков:

   – Надо прибить полозья к саням, всего только мне одному не справиться! Нужно подержать полозья, в (течение того времени я прибивать буду.

   Метелица взмахнула крыльями:

   – Я неотложно вернусь.

   И снежным вихрем унеслась в сторону дворца.

   Ждал Петька немного, Метелица прилетела не одна. С её крыльев скатился курьезный снеговичок и одетый во всё белое мальчик.

   – Гляди тебе помощники, Петя. Это Морозко, мой старший братушка, а это самый лучший друг Снежок, – представила Метелица прибывших.

   – А я Петя Веточкин, меня позвали возобновить эти сани, – Петька держал в руках несколько гвоздей и колотушка, всем своим видом показывая серьёзность намерений.

   – Весьма! Значит, пойдёт снег! – Снежок аж подпрыгнул, – я просто так давно в снегу не купался!

   Морозко улыбнулся:

   – Говорите, что мы должны делать, мастер.

   – Принесите полозья ближе к саням и подержите их, то время) как я буду прибивать, – Веточкин ощущал всю важность момента.

   Ебля закипела. Даже Метелица своими снежными вихрями помогала подвигать тяжелые полозья.

   – Знаете, а я, кажется, придумал, т. е. что надо сделать, чтобы сани снова не сломались, – воскликнул Петька, если вся компания любовалась выполненной работой, – эти гвозди, нужно ещё и приморозить! Тогда они точно не выпадут.

   Морозко достал с кармана серебристую палочку:

   – Это закорючка решается легко, немного волшебства,… – он прикоснулся палочкой к местам соединения саней с полозьями и они точно по мановению волшебного жезла покрылись прозрачной ледяной корочкой, – и готово!

   Петька сложил оставшиеся гвозди и молодчага в чемоданчик, обошел вокруг саней и важно заявил:

   – Приходится бы опробовать сани, так сказать, провести ходовые испытания.

   – Ой, мамуля идёт, – воскликнула вдруг Метелица, закружив снежные вихри.

   Веточкин оглянулся, к ним приближалась красивая тетя. С рукавов и подола её серебристой шубы слетали снежинки, власть на голове сверкала в солнечных лучах. Синие, как твердь, глаза Зимы смотрели строго, но когда она увидела исправные саночки, сразу заулыбалась:

   – Ах, как здорово ты починил мои сани, мальчик! А я Снежане не хотела откры(ва)ться.

   – Его зовут Петя Веточкин, – представила мастера подлетевшая к нему Снежана.

   – Мастерище заслужил награду, матушка Зима, – проговорил Морозко.

   – Награду, награду, – прошуршала, раскрыв крыла, Метелица.

   Зима лукаво взглянула на Петьку:

   – Проси, аюшки? хочешь, мастер Петя Веточкин.

   Мальчик пикантно взглянул в голубые глаза Зимы и ответил:

   – Не откажи(те) (в любезности), пусть пойдёт снег! Другой мне награды не необходимо никакой.

   – Ни злата-серебра, ни мехов пушистых? – Холод явно не ожидала такой простой просьбы.

   Петька расхохотался:

   – А в что мне они? Мне бы снега побольше, верно морозца, чтоб каток хорошо застыл, чтобы мне и моим друзьям было, идеже играть, ведь каникулы скоро.

   Зима кивнула, соглашаясь:

   – Раздаться хочешь? – Пригласила она мальчика в сани.

   – В (высшей степени! А можно? – Петька чуть не запрыгал от предвкушения.

   Сезон встала в сани, Петька уселся на сиденье, потом возлюбленная хлопнула в ладоши, и перед санями появилась тройка белоснежный коней.

   Морана взмахнула рукой, кони сначала пошли шагом, потом понеслись ровно ветер, и сани взлетели в небо. Из-под подола платья Зимы посыпались снежинки.

   – Помогай, Петя, выбрасывай их после борт, – тихо сказала хозяйка саней.

   Гаврош стал обеими ладошками зачерпывать снежинки и бросать их в бог, ставшее белёсым.

   Скоро бег коней замедлился, и боб остановились. Зима с ласковой улыбкой посмотрела на Петьку:

   – Твоя милость молодец, мастер Петя. Хочу я тебе сделать подарок. Смотри тебе разноцветная снежинка, она никогда не тает и навсегда будет с тобой. С нею тебе не страшен будет неважнецкий мороз, зимние ветра или сильные снегопады. А если скоро(постижно) долго не будет снега, ты немного покрути её возьми ладони и подуй, сразу пойдёт снег.

   Зимка протянула мальчику красивую блестящую всем цветами радуги снежинку размером с ладошку.

   – (по гроб) должен, Зима! – принял подарок Петька.

   – Метелица, – позвала Морана, – опусти нашего гостя на землю.

   В оный же миг Петька снова ощутил уже знакомые объятья крыльев Метелицы, а когда-нибудь снег рассеялся, он стоял перед своим подъездом, а сбоку с ними легонько опустился чемоданчик с инструментами.

   – Накануне встречи, Метелица, – крикнул Петька вслед снежному облачку, поднимавшемуся кверху.

   Дома Веточкину удалось поставить на полоса инструменты и незамеченным прошмыгнуть в свою комнату. Он достал гостинец-снежинку и пристроил её на лохматую ветку искусственной ёлочки.

  

   Петька подошел к окну, возьми улице крупными, пушистыми хлопьями шёл снег.

   – На большой (палец)-то как, – подумал он и лёг спать.{jcomments on}