Сказки для взрослых, Статьи

Как же так вышло?

kakze

ОН шел по разбитому шляху в пустой неприветливой степи. Осеннее солнце уже начинало заваливаться за край земли – туда, куда неизменно уходило оно каждый вечер, затем, чтобы утром снова взойти над миром и осенить его своим теплом и божественной любовью.

А ночью в небе зажигались звезды – эти далекие, удивительные лампады, сотворенные Господом Вседержителем для освещения лика земли. И бледнолицая луна блистала среди звезд, изливая на землю свой томный желтый свет, сладострастная и неверная – царица ночи.

Сколько же дорог было исхожено им по этой прекрасной Земле, сколько истоптано башмаков… и не всегда ведь его пути бывали прямыми!  

Что ж, несть человек, яко жив будет, и не согрешит. И ОН – не исключение. Бывало все: и супружеские измены, и выпивоны… и еще кое-что такое, о чем даже совестно теперь и вспоминать.

И все-таки он чувствовал (нет, он был глубоко убежден в этом!) что не хуже всех прочих людей на этой планете. А если сравнить себя с некоторыми из них – то даже и лучше.

Откуда была в нем эта уверенность – крепкая, как скала? С каких далеких галактик прилетела и  засела в сердце эта сладкая мыслишка о том, что ОН – особенный, неповторимый, не такой, как все прочие человецы?

Степь расстилалась перед ним – однообразная, унылая и, казалось, ей не будет края и конца. Не была ли она неким прообразом, некой наглядной иллюстрацией его жизни – серой и бестолковой?

Все весенние цветы уже отцвели, листья пожухли, дни становятся все короче, а темные ночи – длиннее, и мутное солнышко все реже проглядывает сквозь слезливые серые тучи… И шагать становится все тяжелее…   

Скоро ль конец пути? Когда повстречается хоть какое-то жилье? Похоже, ОН снова сбился с дороги…

И вот, уже в сумерках ОН увидал на пригорке одинокую хату. Усталый, голодный, едва волоча ноги, ОН добрел до нее и постучался в маленькое подслеповатое окошко.

Никто не откликнулся на его стук. ОН подошел к двери, толкнул ее, она открылась, и ОН попал в темные сени, а из них – в чистую опрятную комнату.

В комнате было светло и уютно.

У стола, покрытого белой скатертью, сидела женщина средних лет, осанистая, пригожая, с добрым лицом и карими ласковыми глазами. Рядом стоял Серега Бубенчик. 

ОН не удивился, увидев Бубенчика, хотя и знал, что тот умер уже много лет тому назад.  

ОН смотрел на своего старого школьного приятеля и снисходительно улыбался. Все такой же красавчик – наивный и бестолковый – каким он ушел из жизни в свои двадцать пять лет!

И воспоминания детства вдруг нахлынули на него.

Как-то разом вспомнилось все: и их далекие детские игры, и приключения юности…  

Ах, как сражались они на деревянных мечах, героически отражая удары крышками от кастрюль – настоящие рыцари из романов Вальтера Скотта! И как бегали ловить рыбу на реку Кошевую, и купались, словно селезни, в Ковше за мостом, и гоняли в футбол…

А игра в прятки?

Сердце защемило, и что-то светлое, солнечное поднялось из самых сокровенных глубин его души.

Играли они у Сереги дома, в длинном темном коридоре без единого окна, и в их игре принимало участие три человека: ОН, Сергей и его двоюродная сестра Люда.

Двое прятались, а третий водил. И, найдя кого-либо, он должен был определить, кто есть сей человек и громогласно объявить его имя.

Больше всего ему нравилось искать.

ОН двигался по коридору, в кромешной темноте, ощупывая стены. И вдруг его руки натыкались на чье-то тело… некто неведомый, таинственный,  таился под ворохом одежды, висящей на вешалке, прикрепленной к стене.

ОН раздвигал одежду и начинал исследовать тело.

Кто бы это мог быть?

А она стояла, опустив руки по швам – горячая, нежная и покорная. И ОН чувствовал на себе ее жаркое дыхание, и жадно ощупывал ее, и тискал ее упругую девичью грудь, и делал вид, что никак не может разобраться, кто же это – Люда, или Сережа? 

И голова его уже пылала, и уплывала куда-то набекрень, и сердце билось учащенно и восторженно… И ОН все тискал ее, тискал и… недоумевал:

– Не пойму никак… Кто это? Ты, Серега?

ОН знал, что Людка была влюблена в него и безмолвно страдала. Повзрослев, она стала красивой, фигуристой девушкой, и наверняка стала бы ему доброй женой.  Однако их жизненные пути-дороженьки разошлись. Она вышла замуж за зубного техника, а ОН…

Но почему, скажите на милость, парни вроде него всегда ищут – и ведь находят же, непременно находят! – именно таких девчонок себе в жены, от которых потом – хоть в петлю лезь?

Бубенчик женился на милой и тихой таджичке с певучим именем Гулянда, смастерил ей сына (ибо в армию его не взяли из-за проблем с сердцем) и привез ее в родной Херсон из Нурека, куда его занесло ветром то ли романтики, то ли погони за длинным рублем. (Там шла ударная всесоюзная комсомольская стройка нурекской ГЭС).

ОН же в это время проходил срочную службу в Йошкар-Оле и, когда явился после дембеля в Херсон, Серега уже выпивал изрядно.

Они частенько вели задушевные беседы.

Семейная жизнь Бубенчика летела козе под хвост, и Гулянда поставила ему ультиматум: или водка, или я. Серега колебался в выборе, но верх одерживала водка, и тогда жена объявила ему, чтобы он спал с бутылкой, коль она ему столь мила.

Бубенчик был возмущен этим до глубины души, винил во всех своих бедах супругу и считал, что это именно из-за нее он и вынужден пить окаянную.    

ОН же подвергал резкой критике сию точку зрения и наставлял Бубенчика на путь истины и добра. А в качестве примера для подражания приводил свою скромную особу.

Разве ОН, как и Сергей, не водил козу, когда накатывало? Но головы ведь не терял! Учился в институте на вечернем отделении, работал инженером-экономистом – торил себе дорогу в жизни.

А ЕГО жена – она что, святая? Отнюдь. И у них тоже случаются ссоры. Но ОН же держится, как в битве под Москвой!

Вот и Бубенчику следует проявить свой характер: бросить пить – категорически и бесповоротно!

И чего тебе, собака, не хватает, витийствовал ОН.  Жена добрая, умная, красивая, растет чудесный сынишка, крыша над головой не каплет, токарничаешь на заводе и зарабатываешь так, что дай бог каждому.

Ты что же, сукин ты кот, хочешь погубить и себя, и свою семью? А о сердце своем ты подумал? Загнешься – и никто тебе не будет виноват.

Задушевные беседы эти протекали, естественно, в соответствующей обстановке – в какой-нибудь забегаловке или же поблизости от гастронома. И Бубенчик, под напором его аргументов, сдавался, начинал согласно кивать головой и, прикладывая руку к сердцу, торжественно объявлял, что сегодня он пьет уже в самый последний раз.

Гулянда бросила его. Возможно, всё можно было бы еще поправить, но Бубенчик с горя запил уже по-черному и однажды, упав под забором, перешел в мир иной.

И теперь они повстречались в этой комнате.

– Вот видишь,– снисходительно улыбаясь, уколол ОН Сергея. – Я же тебе говорил: не пей!  А ты?

Лицо женщины почему-то омрачилось – словно на него набежала тень.

– Обожди… – сказал Сергей, поднимая палец к носу и глядя на НЕГО очень серьезными глазами. – Еще увидишь!

Из этих слов ЕМУ стало понятно, что его друг встал на путь искоренения своих недостатков и, похоже, намерен был удивить ЕГО своими духовными плодами. Было в его словах и еще что-то недосказанное, сокровенное. Но что?

Женщина поднялась из-за стола, подошла к двери в глубине комнаты и поманила ЕГО к себе. ОН подошел к ней, она отодвинула засов, открыла дверь и сказала ему:

– Ступай.

ОН перешагнул порог дома, и его поглотила ночная тьма.

Засов задвинулся за ним – ОН услышал его скрежет.

ЕГО окружал лес, и в его чащобах рыскали голодные волки. В любую секунду они могли наброситься на него и разорвать. Глазами ОН не видел ни леса, ни волков, ибо его обступала кромешная тьма, но чувствовал и лес, и присутствие кровожадных зверей каждой клеточкой своей кожи.

А в комнате было так уютно, так светло и хорошо!

ОН забарабанил кулаками в дверь.

– Пустите! Пустите!

Грудь его разрывалась от ужаса и отчаяния.

Как же так?

ОН, такой интеллигентный, такой добрый и хороший – и вдруг оказался в этой кромешной тьме?

Но ОН не хочет, ОН не хочет!

Друзья, я не хочу тут никого пугать, но это действительно страшно.