Литературный портал

Современный литературный портал, склад авторских произведений

Повесть о ненастоящей человеке 

  • 13.09.2017 00:55

Очерк о ненастоящей человеке
(часть 1)

Они познакомились в марте 2012 для сайте знакомств поддатинг.ру. Оказалось, что они работают в одном здании (Сталинский 140). Встретились неакадемично сразу. Она была замужем, но жила раздельно. Возлюбленный нет. Она курила. Он нет. Она пила. Некто тоже, но изредка. Но при встрече в баре пили и болтали. Сперва был бар на втором этаже близлежащего Кутиловского рынка. Впоследствии БПС напротив. Закончили далеко заполночь. Она жила смежно. Но с предками. Он снимал квартиру на другом конце города — нате проспекте Пореза. Взяли такси у метро и поехали туда. В пути сызнова же болтали… и заболтались настолько, что он забыл в машине сумку. К счастью, болтали дружно с таксистом и совершенно случайно взяли его номер телефона. Скоро(постижно) что. Повезло.

Но случилось обыкновенное — она осталась возьми ночь. Потом на вторую. Так прошло три месяца. И ничто безлюдный (=малолюдный) предвещало последующих событий. Она помогала готовить. Однажды хотя (бы) вымыла пол под роялем. С ведром, как положено. Ему нравилось. Гуляли, точный делали шашлыки в ближайшем парке Дубровка, купались в Стольнинском пруду наново же рядом. Повторюсь, прошло три месяца. Она залетела. С сего момента начались расхождения во взглядах. Она не хотела детей. У неё сделано был старший Игорка. У него тоже был сын ото первого брака Стас. Она хотела аборт. Он кто в отсутствии. Он сказал ей, что после этого они разбегаются. Симпатия стала понимать, что он очень плохой человек. А, подумав несколько дней, попив водки с пивом и пообсуждав проблему с подругами, возлюбленная переменила мнение.

За это время он потерял одну работу. А у неё была (незанятая) должность на своей. Она числилась мелким директором мелкого офиса изо двух человек. Теперь их стало трое на книга же Сталинском 140. Стали проявляться некоторые наклонности. Симпатия очень любила курить. Полторы-две пачки за функционирующий день. И работать, надев наушники, слушая модный дынц-дынц музон. Возлюбленный и второй манагер пахали. Она получала повышенный оклад и плата с каждого. Её всё устраивало. У него были подработки изумительный внерабочее время, которые он постоянно развивал.

Ей нравилось продлевать жить вместе. Но она никогда не тратила сносно на совместную жизнь. Всё содержание и быт были бери нём. Ей нравилось. Ему вряд ли, но дьявол ждал ребёнка. Она же купалась в беззаботной жизни. Не без того иногда мыла посуду.

Как-то на очередных шашлыках возлюбленная привела своего сына. Посмотрелись. Увела.
Часто рассказывала ради прошлую жизнь. Про мужа-тирана, который её бил, заставлял жительствовать в коммуналке — он с матерью сдавал одну из комнат. Мать жены её тоже тиранила, приходила в ванную мыть ей спинку. Ей сие не нравилось. Но она стоически терпела. Ей был обещан за ремонт в детской. Она выбирала туда дорогую мебель. Сие ей очень нравилось и затмевало всё.

Потом тиран превратился в плохого тирана. Возлюбленный был гораздо старше её, и его мужские силы приказали подолгу жить. Это стерпеть она не могла. И через месячишко пошла во все тяжкие. Встречалась на стороне раньше ради развлечений (их было много, особенно ей понравились групповые, об этом симпатия рассказывала взахлёб). Потом говорила, что искала замену мужу-тирану. Вроде нашла. Ему стоило уже тогда задуматься. Но симпатия ждал ребёнка.

Она стала настаивать на переезде вблизи к своим родным, что-нибудь рядом со Сталинским 140. Нашли. Ежемесячная отплата была почти в два раза дороже, пришлось наскрести и 100% комиссию, и отстегнуть и залог и за два месяца. На это ушли хана его сбережения (и даже кое-что нехватавшее добавила симпатия). Ему это не нравилось. Никому не понравилось бы видимо остаться на нулях. И продолжать содержать всех. Теперь уже и плюс первого её ребёнка.

Она же в это перепавшее занималась своим делом. Принуждала мужа к разводу. Тот никак не хотел, хотя они уже годы жили отдельно. Однако живот рос. Однажды тиран всё понял. Оставалось считанное перепавшее до родов. Развод длился практически до них. Бес(по)щадный тиран подписал мировое досудебное соглашение и обязался выплачивать ей порядочно МРОТ ежемесячно. Она была счастлива. А он задумался о невероятной жестокости тирана… Однако помощи в совместном быту от неё как не было, яко и не возникло.

Маленькую конторку, где они работали, владельцы решили осыпать (и не только её, но и подобные по другим городам, оставив не более центральную в Екатеринославле). Это был удар. Но им выплатили двойную премию. Возлюбленный справился. А она была счастлива и так.

Его родственники жили (и) еще как далеко. Но были встречи его с её родственники. Разрешение, шашлыки, разговоры. У неё была мать, сестра Алёнка и отец. И она и Алёнка были от отца. Но отец был убит подле странных обстоятельствах давно. Отчим был простым человеком. Любил порассказывать о прошлом. Поплакаться. В один прекрасный день поплакался ему, что если что, то ему некуда вступить в брак. Его дети от другого брака его фактически выгнали. Дьявол задумался в каких условиях она росла, когда единственному мужчине в семействе некуда двинуть…

Ей стало нравиться сидеть дома и целыми днями вылуплять телевизор. Особенно женские телешоу — «давай в загс а другая там», «хоум-ту» и прочие. И ей нравилось близ этом цедить что-нибудь алкогольное. Особенно медовуху, джон-ячменное зерно, сидр, джин-тоники. Ему это не нравилось безусловно. Но она была беззаботна, безработна, беременна и… счастлива. Симпатия игнорировала его претензии. Это ж всего лишь слабенькие спиртное.

Когда шло её любимое шоу она совсем далеко не обращала внимание вокруг. Уходила в себя. Смотрела в экран в одну точку. Сопереживала, страдала. Непрестанно повторяла при этом одну фразу «Ну какая следом жизнь! Какая там жизнь!..» Как-то как-то её сестра Алёнка по секрету призналась ему, почему у неё с этим давно были проблемы. Если она уходит в домашний экран, то уходит навсегда. Он негодовал. Но ей было приставки не- до него. На экране творилась Настоящая жизнь.

Однова случилось страшное. Для него?! Он пришёл с работы. Уставший. Симпатия по обыкновению ждала его ребёнка. Отдыхала с банкой сладенького женского Йессе у телевизора отнюдь опьяневшая, смотрела «давай в загс живо», черепашьим ходом твердила «какая там жизнь то». Её зыркалы были совершенно остекленевшими. Рядом с ней в ногах игрался её пятилетний Игорка. С утюгом. Включил его в розетку (в ту а, с телевизором). Смеялся, играл. Крутил так и сяк… Симпатия пришёл вовремя. Устроил скандал. Вылил пиво. Забрал гладильщик. Забрал телевизор в кладовку навсегда. Она трезвела и понимала, фигли что-то идёт не так. Он плохой персонажей. Может быть даже безжалостный тиран. Как можно лишить телевизор у неё?! Ну как так?! Она совершенно точно по-женски мыслила вслух. Громко и истерично. Других мыслей у неё приставки не- возникало. Ни-ког-да. Он был в ужасе. А он ждал ребёнка.

Жизнь для него превратилась в хаос. Ant. ра. Последний месяц-два она не пила. Только требовала содержания чисто её, так и её сына, плюс содержания быта. Возлюбленная продолжала ничего не делать по дому. Но пока что с наслаждением. Она была права. И только она. Нельзя снимать телевизионной заботы и разливного тепла её привыкшее нутро. Спирт работал на новой работе с нуля. Поначалу всегда тамо мало. Подработок не хватало. Арендная плата съедала большую обломок денег. И денег всегда было в обрез. Приходилось экономить. Ему было с, ведь у него ещё был свой старший сын, пособничать и кормить приходилось всех. Она наслаждалась. Требовала роскоши. И берегла своё. Жизнь. Куда уходили ежемесячные преференции её мужа-тирана без- знал никто.

Кормил всех он. И убирался, понимая точно ей трудно наклоняться. И ждал ребёнка. Однажды Алёнка подбросила ему подработку получай двадцатку, спасибо, Алёнка.

Витёк родился в феврале. Они сфоткались коллективно на крыльце роддома на Бамбасова. На её губах застыла лыба. Почему-то с каплей презрения. Он всё очень борзо понял. Она сбросила живот, теперь стало легко блудить с коляской. Особенно по бульвару Старпёров рядом с домом. Дальше были её подружки. С ними она частенько зависала возьми скамеечках. Она была счастлива. На бульваре Старпёров было беда сколько разливух сладкого сидра и медовухи. А значит и разговоров за положение. Она любила перетирать косточки в хорошей компании под хорошее принятие.

Он работал допоздна, чтобы покрыть все расходы после всех. Наконец стало больше денег. И от работы. И через подработок. Но она требовала всё больше и больше. Симпатия считала себя идеальной кормящей матерью. Ей надо было, во, икры и дорогого филе дорогой живой рыбы из ближайшего Передвижника, что-то в ТЦ Испанский бульвар. Филе стоило 2000 р/кг. Дьявол был плохим человеком. Он не хотел. Предлагал хоть тупо целую ту же рыбу за 380 и разделать ей такого типа страждущей самостоятельно. Она с презрением отвергала подобные предложения. Симпатия любила только самое лучшее и самое дорогое. Уже готовое, почищенное, вкусное. И не принимая во внимание рук, марать их домашней работой? Два раза фу-ты! Она любила пускать понты, особенно обсуждая суть жизни с товарками для скамеечках на Стапёров. С колясками с детьми, естественно. Дети должны наловчиться к хорошей компании с детства — она так считала.

Возлюбленный страдал, пытался устроить ей скандалы. Она смеялась и наслаждалась. Как бы то ни было он плохой человек. Он так мало зарабатывает. А недурно много. Он не давал ей денег, знал отчего она всё пустит на понты, бухло, сигареты. Прецеденты случались стократ. Дашь денег — бежит в 8ю на углу Старпёров и Моряка Лузгина. Приносит серия бутылок самого дорогого иностранного пива и несколько пачек сигарет. Вследствие того платил сам арендную плату, покупал сам — и подгузники и продовольствие. Продолжал работать. Она продолжала наслаждаться жизнью, с удовольствием и малограмотный скрывая спускала выбиваемые алименты с прошлого мужа-тирана возьми столь ей необходимые понтовые вещи и красивую жизнь по-под питиё с сигареткой.

Это не могло долго продолжаться. Постоянно закончилось через три месяца после рождения Витька, получи майские. В тот вечер она оставила его с Игорьком, а хозяйка ушла к Варваре без коляски, но с Витькой на руках. У Варвары был сейшн до ночи. Он волновался. Он не знал где они. Звонил, симпатия не отвечала. Она была счастлива и в полное говно. Грубая была знатная выпивоха. Она не оставала. Наконец в плохо часа ночи она соизволила взять трубку и процедить через зубы «ща приду ну чё ты». Некто ждал. Дождался. Её сильно штормило. Она несла Витька из-за ноги, обхватив двумя руками, его головка болталась идеже-то на уровне её бедра. Пока она поднималась получи и распишись третий этаж их съёмной квартиры, перемазалась, и себя и общем ребёнка. Позвонила. Он открыл. Охренел и спросил «охренела?». Забрал Витька, отнёс и раздел в комнату. Вернулся. Симпатия стояла всё ещё прислонившись к стене коридора. Пыталась сдернуть сапоги. Не могла. Она наслаждалась своим состоянием. Дьявол показал ей снятую одежду ребёнка в помоях. Она наслаждалась. А некто не смог сдерживаться. Пощёчины трезвили её. И бесили. Её пьяное голос наконец сложилось в подобие внятного звука. «Ты который такой? Ты чё творишь? Щас ментов вызову. Засажу!» Пыталась стучаться. Удержал руки. Сказал «Да как хочешь. А лучше я вызову такси и отправлю тебя к твоей маме — дай тебе полюбуется».

Категорически отказалась. Набрала 112 и долго проговаривала пьяным языком наподобие её идеальную мать убивают тут злые тираны. Приехали минут с подачи двадцать. Она ждала и была счастлива. Он открыл плита. Она рванулась к ней же. «Вот он! Сие он!!!» Мент сурово посмотрел на него. А дьявол на мента и сказал два слова «Пусть дыхнёт». Колебание глаз служителя правопорядка надо было видеть. Удивление было просто детским. Едко повернулся к ней, приказал «Дыхни!» Она покраснела и нетрезво покачнулась. Потом выдохнула. Уф. Мент сказал «Что и говорить» и сочувственно посмотрел на него. Тот-то был нацело трезв. «Забирайте его!» — закричала она. «С зачем вдруг?» усмехнулся мент. «Он меня невообразимо избил!» «Ну завтра сходите днём побои снимите в ту пору. Если есть.» Он показал на это менту её одежду и ребёнка и сказал «До самого двух пила и вот вернулась, ребёнка за ноги тащила трёхмесячного». Страж порядка достал протокол и начал писать. «Сколько выпили?» Отповедь был находчивый «Бутылычку пива». Он (пусть) даже фыркнул. Мент тоже чуть не заржал «Отлично ладно». Составили протокол, расписались. И мент молча встал и собрался отступать. Она в ужасе заорала заплетающимся голосом «А его! Заб’рите, пос’дите его!» Удивился. «(само собой) разумеется за что же? Нет. Ухожу». Она сиречь безумная закричала «Тогда меня увезите!». Лягавый «Мы не такси». Он «Я тебе присест) это предлагал, хочешь — вызову?» Она отказалась. Побежала осаждать экипаж подвести недалеко, на проспект Неродного ополчения. После того пьяно царапала детей, собирая в путь. И уехали. Он остался Водан.

Что было с ним? Ничего. Его доблестные служители сродясь больше не беспокоили. Вообще. Она по слухам в будущем забухала до утра, нужно было ей залить недоля расставания. С кем пила неясно. Нашла компанию. Днём ходила увольнять побои. Чего там наснимали неизвестно. Никому она концовка это никогда не показывала. Стыдилась видимо. Но недлинно..

А протокол был отправлен в службу опеки. И пришли однажды к ней черезо пару-тройку недель. Всё это время она была бери нервах, не пила. Опека страшная. Может детей поотбирать у столь замечательной кормящей матери. А как тогда на скамеечках с колясками держи бульваре Старпёров под пенистое разливное гневные базары с товарками сводить о жестоких и ненавистных мужчинах?

{конец первой части}

Повесть о ненастоящей человеке
(порцион 2)

Опеке была предоставлена идеальная чистота. У неё дома нате то были помощники — мать и отчим. Она маловыгодный принимала участия в уборке. Она была несчастлива и несправедливо брошена. Поуже второй ребёнок и второй отец — тиран! Страдала. И из-за что? За маленькую посиделку с подружками с вечера до двух ночи. Да ну? с кем не бывает? А с ребёнком что случилось? Небольшая ляпсус. И не более того. Зато посмотрите, что у нас (за)грызть в холодильнике. Опека была уставшая, шли до Неродного ополчения хоть со Сталинского 119! Опека вздохнула и ушла. Ну что-нибудь опека может без рецидива? А тут только единичный карамболь, о котором стало известно. Пока.

Прошло несколько месяцев. Симпатия скучал по сыну. Она категорически не пускала его к ребёнку. Требовала предварительной оплаты посещения. Симпатия давать ей деньги налом зарёкся давно. Предлагал альтернативу — б и вместе покупать ребёнку всё, что надо. Подгузники, еду, одежду… Симпатия повышала себе самооценку категорическими отказами. Потом её родителям поперек середыша содержать её выходки. Капризы кончились. Сначала были списки и недопуски в квартиру. Да он приносил почти всё что было нужно. Предметы марок заведомой роскоши изо бутиков, которые ей так хотелось иметь и хвастаться ими, заменял альтернативами изо Детского пира, Башана и т.д. Потом ненадолго гуляли с коляской с в детстве. Он был счастлив. Но ему хотелось большего. Вслед за тем стали встречаться и покупать вместе. Сначала нервно. Затем спокойней. Сие продолжалось довольно длительное время.

Потом он и она стали сноровить сойтись. Получалось с трудом. Ибо она не могла без- пить каждый вечер. Хоть банку, но ей стоило бы. Ему это не нравилось. Ему хватало праздников к отметить. Он не давал ей смотреть тиви, приучая к скаченным фильмам нате экране монитора в ограниченное время суток. Ей это неважный (=маловажный) нравилось.

Он хотел чистоты и порядка в доме. Она разводила свинюшник за сутки. Однажды он застал её за тем, отчего она валялась со старшим сыном Игоркой на кровати и учила его вылеплять жевачки под неё. Он плохой человек. И устроил история. Она отмазывалась «ну это же съёмная хавира, тут можно». Его это бесило. Он после этого жил.

Он не мог приучить её к уборке. Возлюбленная всё делала не так. Мыла полы только шваброй в Вотан проход, затем кидала её в угол. Тряпку помыть там этого? Да вы что? Это же ручки испакостить. Он вспоминал как она помогала ему в первые полоса знакомства мыть старую съёмную квартиру из ведра в плохо прохода. Она этого не помнила. Её ежедневные спиртные канареечка начисто стирали ей память о прошлом. Если ребёнок описался бери пол, то максимум что она могла сделать — за примером далеко ходить не нужно сухую тряпку из коридора, протереть и кинуть её противоположно. Через сутки в квартире стоял тошнотворный запах мочи. А заставить её споласкивать хоть что-то руками было невмочь. Руки она считала свои сделанными для красоты, маникюра и кремов.

Исполнившееся от времени она бухала по чёрному. Скрывалась интересах этого у друзей или на даче предков. Он сидел с детьми. Иногда узнавал, бывало отправлял всех назад на Неродного ополчения бери её перевоспитание. На некоторое время отпускало, возвращалась.

Сыну исполнился годок. Она воспряла духом. С младшим сидеть она категорически устала. Особенно, ежели он не пускает её на святой для неё аллея Старпёров для поболтать по душам под допинг. Ахти он плохой человек. Однозначно. Устроили младшего в садик. Благовременно к той самой Варваре. Она в яслях работала. По старому проверенному знакомству.

Симпатия со всех ног побежала искать работу. Нашла. Была счастлива. Отныне. Ant. потом ей было чем заняться. И куда уйти курить домашние полторы дневные пачко-нормы. Вы думаете в доме какими судьбами-то прибавилось от этого? Ни-че-го. Ради всё время (наша повесть занимает пять лет) симпатия никогда не принесла в дом и копейки. И он никогда безграмотный узнал сколько она в принципе зарабатывает. Её заработанное симпатия считала полноправным своим и только своим. А он был плохим человеком. Некто продолжал сам и платить за аренду хаты, где конец живут, и за пропитание, и счета и все теже подгузники и одежду. Был благонравный момент. Для себя она всю одёжу и маникюры пока что делала сама, не пилила. Ну, разве что по мнению пьяне. Экий такой-сякой, должен таки и её окончатель одеть в бутиках Испанского бульвара или ТЦ Прорвы назло.

Хорошо, что её старшему сыну Игорке от старого брака помогал оный самый ей ненавистный муж-тиран, его отец. Изредка странно помогал, пакетом конфет с пряниками. Игорка садился вразброд от всех и ел. Она гладила его по головке. «Сие правильно, это только твоё». От такого количества сладкого у Игорки шла нетерпимость и кишечные расстройства. Времени от времени он хватался вслед живот и корчился на диване. Она открывала пузырёк драгой микстурки и поила сына. Понтовыми руками с эксклюзивным маникюром. Весть красиво. Но он смотрел на это, морщился и вздыхал. Разве, плохой он человек, не бутиковый. И всё-таки в один прекрасный день высказал всё, что думает про это высокоморальное и глубоконравственное поступки. Пакеты сладкого для старшего сына стали плавно (за нуждой) на нет.

Время шло. Дети взрослели. Быт неважный (=маловажный) менялся. Зато она была счастлива. Дети в садиках. Дьявол заберёт, если ей приспичит остаться подольше поработать. Будто?, а уж если корпоратив — то святое. У неё ответственная режим. Она как обычно управляет парой менеджеров. Это аспидски тяжело. Нужно много курить и много слушать музыки в наушниках. Ну-кась и управлять конечно этими дураками. Контролировать своевременный приход получи и распишись работу. Раскладывать задания по обзвону. Рисовать на доске. Беременная крайне ответственная должность. Она так тяжело устаёт, камо там шпалоукладчицам каким. Поэтому всегда есть повод и право ежевечернего коктейля-двух. Больше он не давал. Оченно плохой человек попался. Он в выходные только мог оказать содействие. Приготовить её любимую еду. Она даже участвовала часом. Могла почистить лук в картошку пожарить. Ну, макароны с сыром сие её любимое крайне трудоёмкое блюдо. Сама умела. Некто обожал голубцы, котлеты, плов. Делал сам. Ещё симпатия любил борщ. Она его ненавидела и считала простым супом, неизмеримо не кладётся ни свекла, ни морковь. Она владела информацией. Дьявол не владел. Он был плохим человеком и всегда её поправлял, будто борщ это борщ, а не рядовой супчик с картошкой. Си и жили.

Его работа была другой. Он был менеджером в статья (особь конторе. Крайне либеральных взглядов. Его начальству было по барабану на графики прихода-ухода сотрудников. Лишь бы пахали. Ему (да что вы и не одному ему) такое дело нравилось. И работа спорилась. Хор попался прям в засос какой отменный. Ещё с прошествием времени развивались его подработки сверху дому — медленно, но верно нарабатывалась клиентская краеугольный камень. Он всегда работал. И на работе и дома. И никогда безлюдный (=малолюдный) брал отпуск даже на основной работе. Ему нужно было обеспечивать одному семью и ещё старшего сына Стаса от первого брака. После аренду квартиры, где он, она, старший сын с мужа-тирана и младший его, жили, тоже всегда следует было платить. Ему. Не работать ему было нетрудно нельзя. Но он был всегда при любимом деле. И был с этого счастлив.

Она была рада, у неё была лишь одна работа, отпуска, дачи, развлечения. Но она мало-: неграмотный была счастлива и довольна жизнью. Она хотела большего. Особенно со временем разговоров с подружками и под ежевечернее цежение коктейлей. Она придумал удивительную схему. Возлюбленная решила вести общий бюджет. В её понимании это выглядело бесцельно. Он должен полностью отдавать ей большую часть зарплаты, возлюбленная к этому добавляет примерно столько же. И этот общий смета она станет распределять самостоятельно на одежду детям и себя. Отдельно он должен продолжать платить аренду («неужли ты ж всё равно бы снимал, а я у предков прописана — отнюдь не тот уровень, пойми»), покупать себе одежду и еду по всем статьям («твоя простая еда с одеждой, чё там»). Возлюбленный очень удивился. Общий бюджет не прошёл. Крайне странное с его стороны разгадывание. Она до сих пор не может понять благодаря этому. Одно объяснение — он плохой человек.

Коктейли у неё были весь круг вечер. И она всё равно хотела большего. Придумала. У них был тотальный сын. И она решила взять материнский капитал. Молодец а?! Додумалась! По этому поводу она принесла из магазина двойка пакета допинга и запила по крупному. Он безмолствовал. Небезынтересно было что дальше будет. Ну и не поспорить а ему — материнский капитал по определению не папенькин. Алкогольно мозговой штурм у неё продолжался до середины ночи. Симпатия тоже участвовал, греха таить не будем. Его улыбало получай это смотреть. Поначалу. В конце концов она выдала конгениальное отгадка. Звучало это так. Я — мать, я мозг. Покупаем квартиру в новострое! Получаем маткапитал — сим в плане участвую я со своей стороны. Ты в это миг участвуешь своими накоплениями на чёрный день и по своим родственникам собираешь оставшуюся сумму (с них лям-один с половиной, больше ж нет). Если чуть не хватит — возьмём с тобой ровно по ипотеке (благородный порыв). Покупаем квартиру в новостройке, пока строится живём шелковица по прежнему — съёмная с тебя полностью. Потом переезжаем.

И пойми! У нашего с тобой ребёнка короче его квартира. Это твои вложения в его будущее. Тутовник он немножко недопонял. Она пояснила. Ну видишь (языко с тобой живём, то тут то там. Мне поперек середыша ездить с детьми то к мужикам, то от них к маме. Дурные ж мужики ведь щас, все это знают! Мать гоняют туда-семо. С вещами! Поэтому буду жить там с детьми в своей квартире, черт с ним мужики ко мне ездят! У него отвалилась челюсть. «Твоя милость уже мужиков каких-то запланировала???» Она безумно удивилась, что он живёт в несовременном мире. Мало ли почто случится со временем?..

Думаете это всё? И добавила, еще бы я и так уверена, что годик ты с нами поживёшь и тебе надоест — съедешь никак не вытерпишь или сам или попросим…
Абсолютно сказочные аддендум? Разве не так? Он высказал всё, что об этом думает. Особенно для то, что у него в семье много сердечников. И такой прокидон отнюдь не выдержат. Она ответила — ну и что. Главное, кое-что в квартире будет жить твой сын! А твоих родственников пишущий эти строки сроду не видели, так было пару раз далеко не недельку — это не считается. Понимаешь, главное у твоего Сына перестаньте собственная квартира! И я буду там жить, я же мать, я должна быть в живых с детьми…

Он послал её в грубой форме. Алкоголь действовал сверху её память всегда одинаково. Память со временем о прошлых событиях у неё обнулялась. Симпатия вспомнила про ментов. Он возразил, думаешь помогут и заставят? Симпатия кивнула. И добавила, ну ты пойми — это сейчас решённый и абсолютно рабочий вариант. У детей и нас будет своя гарсоньерка. Разве ты не этого хочешь? И спокойно легла лежать в объятиях морфея… А он не смог.

Утром она ушла сверху работу. Он был плохим человеком. Он собрал весь её манатки, вызвал грузовое такси. Позвонил её матери и сказал «Встречайте, поуже еду.» Сам перенёс их на пятый ярус хруща на Неродном ополчении. Потом поговорил с её матерью, сидя у окошка в ощутительн комнате. Рассказал про её светлые мечты, про мужиков, насчет желание через год не жить вместе, но укупить с его семьи все деньги. Мама спокойно отнеслась. «Ужели значит не сложилось у вас, ну бывает. Она у меня сложная девушка. Её нужно долго воспитывать». Так и разбежались в дежурный раз.

{конец второй части}

Повесть о ненастоящей человеке
(пункт 3)

Прошло время. Его не пускали опять категорически к ребёнку. Готовы были всего-навсего принять денсредства и сказать досвидос. Видеться не будешь. Николи. Он стал совсем плохой. Он решил, что такого мало-: неграмотный будет. Настало время и ей что-то делать знай для ребёнка. Он платить не будет налом не касаясь частностей. Либо покупки и встречи, либо никак. Никакого потворства пьянкам и тратам получи её отдельную квартиру. Либо давай встречаться с сыном, либо айда к чёрту.

Это понятно чем закончилось. В октябре 2015 возлюбленная позвонила и пригрозила подать в суд на алименты. Либо скрепить подписью досудебное соглашение (как с её первым мужем-тираном) в несколько десятков тыс. рублей. Он был плохим человеком. Пусть даже хуже её первого тирана, которые на такое, напоминаем, повёлся. Симпатия не отказался, он читал законы и предложил 1/2 МРОТ (в таком случае есть — пояснение — пополамка минималки на двух родителей). Симпатия не согласилась — мало. Тогда он просто сказал «Дерзай, подавай». Симпатия пошла в суд. Сходу было написано заявление на алименты. Возлюбленная решил взять по максимуму. Подала на 1/4 з/п. Возлюбленный прочёл законы и написал возражение. 1/4 у нас платят отчичи и дедичи с одним ребёнком. С двумя только 1/6 (каждому). Но суды волей-неволей одобряют такое в первой инстанции. Нужно, чтобы и жена с первым когда пешком под стол ходил тоже подала в суд на алименты. Этого не было, вследствие того что что в том случае у него всё было хорошо. Дьявол регулярно встречался со Стасом, были регулярные оплаты нужных ребёнку услуг и покупок. Никаких ограничений в встречах там не было. И возражений. И пьянства.

Было в (высшей степени интересно наблюдать на заседании суда, когда она заявила (как бы в письменном виде, так и устном), что не имеет понятки о наличии у него ещё одного ребёнка кроме её. Его других детей в дополнение Витька для неё не существовало. Да, она без- любила чужих детей до ужаса. Они не её. И к его первому относилась неприязненно. За те годы, что прошли у них вместе, Стас, ясно, был в гостях. Несколько раз. Но она упрямо заявляла знатный судье, что других детей у него не существует. Симпатия молча достал копию свидетельства о рождении, соответствующим образом нотариально заверенную и положил в стол суда. Судья внимательно посмотрела на неё и спросила, признаться она ничего не знает? Она покраснела и замялась. Следующая требование, на основании которой суд в общем-то и начисляет алименты, сие свидетельство заявительницы о том, что этот плохой человек отнюдь не содержит её ребёнка. Он молча достал из сумки стопка с чеками за последние три года. Ему давно было ярко куда это всё может привести. Судья поморщилась «Я безграмотный товаровед, я это считать не буду»… Судья равным образом женщина. Но редчайший случай — она не сочла претензии заявительницы достаточными во (избежание 1/4 и присудила ему 1/6 даже без заявления первой жены.

Возлюбленная была в шоке. Он сначала тоже. Он как единожды менял работу (на ту хорошую пришли эффективные менеджеры и разогнали всю старую гвардию). Неимоверным усилием воли (держи поиски) была найдена другая. Специальная. Но настоящая. В ровно одну минимальную зарплату по региону. Напоминаем, у него были подработки и накопления до этого. Вместо взлелеянных десятков тысяч рублей симпатия стала получать около 2. Ещё раз напоминаем, спирт ей с самого начала предлагал 1/2 МРОТ — сие 8 перечислением в этом регионе, которые она могла смело пропивать в своё отрада — она отказалась. Ну что ж. Не судьба. Возлюбленный был очень плохим человеком, но с хорошей памятью и, в случае если не знанием законов, то умением гуглить и узнавать. Возлюбленная считала себя руководителем младшего звена, ей это было невыгодный дано.

Забавно. Но решение суда не вступало в силу паче года. Она по случаю присуждения алиментов таааак отметила сие дело, что забыла занести решение судебным приставам (не принимая во внимание этого в нашей системе ничего не работает сразу, да будет начислено впоследствии ими на алиментщика задним ровно по). Приставы не знали и не обращались в бухгалтерию его конторы. Вот п он каждый месяц законопослушно самостоятельно отправлял через почту РФ обмен на 2 т.р на её почтовый адрес на Неродном ополчении. Естественным путем с описанием в каждом переводе «алименты на моего сына Витька Такого-так за месяц такой-то года такого-то». Коль скоро отправлять перевод без описания — его могли бы подсчитать благотворительным пожертвованием на её алкогольные нужды, но ни под каким видом не на сына. Внимательнее, пацаны.

Как ни ненормально встречи с ребёнком пошли практически сразу после суда. Нужно было изменять ребёнку коляску. Она денег на это из принципа бы безвыгодный дала. А он пошёл и купил, и привёз. Она даже как всегда попросила денег налом чуть-чуть. 500 руб. Симпатия спросил тебе? Она послушно закивала. Случилось давно невероятное — симпатия дал. Она радостно сбегала в 8ю за пивом и сигаретами. А со следующей встречи дьявол вдруг стал постоянно спрашивать «Когда вернёшь остается что) за кем? Он же тебе, а не ребёнку, а тебе я ничего отнюдь не должен, в отличие от.» Заколебал её. Покупал в чем дело?-то ребёнку, но всегда интересовался, когда же симпатия вернёт личный долг ему. Она с удовольствием бегала к подружкам и и старый и малый про это рассказывала — какой же он пустой и меркантильный. Подружки с проспекта Старпёров послушно кивали гривой, с удовольствием поглощали живительное разливное и обсуждали сих козлов мужиков. Через пару месяцев она не выдержала и вернула 500 руб. Возлюбленный был очень плохим человеком. Ей как-то ажно была объяснена причина этого поступка, но уже сквозь пару недель ежедневных коктейлей она пропала из её головы. Всё-таки объяснялось просто, помните её мама сказала, когда дьявол привёз вещи «Её надо воспитывать». Некто этим и занимался. Совет был хороший для очень плохого человека. Ему понравился. Бесхитростный и верный. В отличие от причины, быстро забытой, про ведь, что был такой долг, который её заставили отбить, она запомнила Навсегда! После такого она где-ведь полгода не требовала с него наличку. Потом память обнулилась привычными возлияниями. Только он не захотел повторяться. «Достаточно одной таблетки.»

Дьявол часто приводил Витька к себе ночевать. Иногда пьяная заваливалась возлюбленная. Места в трёхи много. Он не возражал. Но прекратил запрашивать порядка, только заставляя мыть посуду за собой. И, напоминая, а полы далеко не хочешь? Этого не хотела никогда. Ребёнок любил отца. Витёк вечно) что-то делает узнавал отца, улыбался и тянулся к нему. Сколько бы времени маловыгодный длилась их разлука. Они вместе смотрели мультики, играли, ели, обнимались… а как же чего только не делали отец с сыном, которого сплошь и рядом отбирали у родного отца.

Ей было приятно видеть сие. Но она так не могла. Её интересовало «что-нибудь бы посмотреть? включи, а?», выпить пару банок возле этом, иногда перекусить. Позднее она подсела на «трудиться в телефоне» — этим она могла заниматься сутки целиком. А что делают в это время дети? Ей всегда было наплевать. Главное, что интересно ей. Она современная свободная тетка, полностью выполнившая свою функцию по отношению к детям, добившись алиментов с обеих отцов-тиранов.

Время от времени у него с ней возникали кратковременные регрессии сексуального плана. С утра до ночи-два и наступал конец. Она повзрослела и сразу требовала ЗАГСа и возвращению к постоянной общей жизни с детьми и прежних условий бытия. Симпатия ничего не делает, он содержит её и постоянно дарит подарки. Подарки чтобы неё превратились в фетиш. Но он дарил их единственно по событиям. Ей. В общем он уже давно решил никак не жить как раньше. Нельзя сказать, что привык к хорошему, хотя точно не хотел возвращаться к прежним условиям без поблажек с её стороны. В первую колонна всегда давил на бытовой план. Если он включает семью, то она должна наводить в доме порядок и комфорт как все обычные женщины. А не пить ежедневно, «играться» в телефоне и стремлять кино. Её это зверило. Как так, за кого некто её принимает?! Повторимся, день-два регрессии и конец с разбегом нате неделю-две. Потом опять встречи с ребёнком, её приходы нацело посмотреть чё творится. Да и просто она любила холявно поесть и… да, точно, это самое, тут сие было в комплекте. Кроме алкоголя, ну или редкого алкоголя в области праздникам. Здесь предпочитали квас.

Это длилось до сентября 2016 годы. У неё было осеннее обострение, и она потребовала немедленно грясти в ЗАГС. Он также немедленно послал её куда в большинстве случаев посылают. И она пошла. Женщине в наше время найти намного посылают очень просто. Достаточно зарегистрироваться на любом изо сотен поддатингов и отметить эту цель. Полчаса-час и желающих мужуков у неё много. У мужчин всё наоборот, чтобы что-то найти неплатное, а согласно.. страсти, им нужно прилагать нехилые усилия и отдавать поискам неизмеримо более продолжительное время, но мы не будем погружаться в такие подробности.

Она пошла в разнос. Как в старые пора, когда уходила налево от первого мужа-тирана. С чувством, с бестолковкой, возлюбленная была готова ко всему. Лишь бы было. Симпатия же свободная и страстная натура, неверно понятая ранее. Ранее через месяц она нашла то, что искала. 30 сентября возлюбленная вдруг заявилась к нему поздно ночью. Одна. Жутко довольная. Вторично более жутче пьяная. И в синяках. И сказала, что у неё появился беспрерывный поклонник, с которым она будет теперь встречаться всИгда. У них был посошковый секс. Трудно было не понять в какое направление её в настоящее время повело. Там были действительно новые ощущения, может оказываться которых она ждала всю жизнь. Она в них ушла возьми полгода. За это время она прекратила ему попадаться с сыном. Вообще. У неё было чем заняться. И было нежели показать обиду. Она это сделала. А он страдал лишенный чего сына. И только без него. Ну ушла, и ушла. Сего можно было ожидать. Был неясен только путь, об эту пору прояснился.

Его телефоны были у неё в чёрном списке. Симпатия пообещала при приближении к её дому на Неродного ополчения залпом же вызывать ментов под любым предлогом. Она далеко не допускала сына к отцу. Он стал искать свою оживление. Отличную от прежней. У него таки был неплохой премия для новой жизни — большая трёха. Ну съёмная, в чем дело? теперь. Он всем честно рассказывал про двух детей ото двух женщин. На других женщин почему-то сие действовало устрашающе. Что-то, если и получалось, то в основном периодическое и кратковременное. Сие честная история.

Прошло полгода. Январь 2017. У него раздался звонок. Симпатия. Как обычно, ночью и в зюзю пьяная. Заплетающимся голосом спросила диалогу. Приезжай. Симпатия была полна пьяной эйфории, но одновременно и грустна. Врешь. Её бросили. Её полугодичный поклонник, некий Йен с Самковского проспекта, богач, пьяница и садюжник бросил её. Вернее попросил прекратить его.. навещать. Из-за интереса была истребована причина такого поступка. Она затрахала Йена получи постоянных пьянках (на трезвую голову они не встречались — таки универсальный момент) разговорами о нём. О там какой он плохой, её дальнейший отец ребёнка, какой он тиран. Йен считал себя не чета всех, особенно выпив. У него было всё. Апартаменты в элитном доме, автомобиль, работа финансиста в модной компании. Ему было неприятно слышать сие. Но поначалу терпелось, были другие, приятные точки соприкосновения. Как бабка прошептала. Надоело. Выгнал. По крайней мере пока не забудет для него.

Почему-то он не был удивлён. Знакомясь по (по грибы) эти полгода, он часто встречал девушек, которые хотели любви. Привык пытать, а вы знаете что это такое. Коллекционировал варианты ответов. Подавляющая женщин даже не представляют что это такое. Постоянно объясняют своими словами, зачастую нелепо и смешно. Его «любимые» ответы — «ой ли? это как в телешоу хоум-ту», «это подобно ((тому) как) в кино», «вот в той книжке так было», «будут бабочки вне) (всякого) сомнения»… и т.д. А он открывал словари ещё в далёком детстве, даже если принимал как-то участие в описание некоторых ключевых понятий русского языка в рувикипедии. Занятие такое. У него было много непонятных хобби.

Если немногословно — любовь это глубокая привязанность, которая не приходят с кондачка. Возникает точно по прошествии времени, когда стороны давно знают друг друга и «обтёрлись», либо имеют ключевые (родственные) узы.
Не путайте с влюблённостью — что есть сильная милашка. Вот влюблённость может прийти с первого взгляда. Это драп.

Она была привязана к нему. Глубоко и надолго. Трудно забыть думать столь длительный период притёрки. И по пьяне из неё лезло сие всё из всех щелей. Правильно говорят, что у трезвого в уме, у пьяного на языке… Но нужна ли была симпатия ему? Будучи очень плохим человеком, он не был в состоянии определиться. Но это был шанс видеться с сыном. И до сего времени началось по новой.

Начиная с первой встречи с Витьком, кто бросился к нему на шею и целовал, и целовал, лепеча как одно слово «папа, папа, папа». Из-за месяц Витьку стукнуло четыре года. Витёк не был в силах без отца, а тот без сына. Они любили дружен друга. При каждой встрече Витёк радовался, задорно смеялся, бежал к отцу в объятья. Симпатия наблюдала.

В остальном встречи мало изменились. Хотя она сто стала оставлять его одного у отца. У неё были обстановка. Она прекратила смотреть телевизор, вернее он надоедал ей чрез десять минут. Она ушла в телефон. Всё время какими судьбами-то листала, кому-то писала. Стала очень рассеянной. Единою, выйдя курить в коридор его трёхи, на её телефоне, лежащем предварительно ним возникло сообщение вайбера. Там было что-в таком случае про «блядина, ты где». Он заинтересовался. Полистал, даром что раньше не делал этого никогда. В отличие от неё, которой веков)) было интересно что там в его компе… Писал Йен. У них были… высокие взаимоотношения низкого пошиба. Они не продолжались вроде бы. В основном до сего времени перешло в ленивую переписку с обсуждением всего подряд. Её других поклонников особенно. Возлюбленная с удовольствием делилась сокровенным с Йеном. За прошедшие полгода симпатия полюбила развлекаться. Пробовала всё подряд. То мужика подруги Карины попросит забросить… с закономерным исходом. То разведёт кого побогаче с поддатингов, чёрного пошиба. Ей нравились дорогие девайсы. Делилась фотками и видео. С удовольствием их коллекционировала с самых эротичных ракурсов. Ей еще взасос нравилась такая жизнь. И она не могла через неё отказаться.

Но ей по прежнему хотелось крепкого тыла и штемпеля ЗАГСа. Возлюбленная не оставляла попыток изводить его этим. Он улыбался и отказывал. Ему такое случай навсегда было не нужно. Ему был необходим лишь Витёк. Она злилась. Однажды он ради интереса попытался посоветовать её говорить «люблю» в свой адрес. Возлюбленная продержалась ровно два дня. Потом забыла это изречение навсегда. Он понимал, что она никого не любит. И сродясь не сможет стать чьей-то просто так. Возлюбленная ничья. Он ей это высказывал, ей нравилось. Возлюбленная считала себя современной бизнес-вумен, которой чужды любовные взаимоотношения. И у неё всегда было чем заняться на стороне. Так она частенько заваливалась в усмерть пьяная посреди ночи целое-таки к нему.

А он наслаждался обществом ребёнка. А Витёк обществом отца. Сверху неё уже не обращали внимания. Ну что с неё скажем. Ни петь, ни рисовать, ни ребёнком заниматься, сущность ей выпить и уйти к новому.

Она сменила работу и переехала… получи и распишись Сталинский 140. Другой офис, но всё по прежнему направлять менеджерами. Был один малолетний, про которого она с удовольствием ему расказывала. Его звали Сашута, он клеился ко всем подряд в офисе, под амба остановился на ней. Подвозил из дома до офиса и инверсно. Ей это нравилось. Но тот не был в её вкусе. Симпатия насмехалась над его младыми порывами.
Как-то единожды уже в августе Александр забирал её даже от него в канцелярия. Он был в бешенстве, что она до сих пор бегает к нему. Здесь с ним что-то произошло после стольки месяцев.

В августе у неё было куртаг рождения. И Александр начал действовать. В тот день она сидела у него с Витьком. Сразу на вайбер поступило сообщение. «Господи», — воскликнула возлюбленная, — «только этого мне и не хватало. Александр признавался ей в любви. Якобы мог. Текстом. Она долго с ним переписывалась, отговаривала. Дьявол внимал.

В предверии её дня рождения стояла странная тишь. Она пропала. Как-то нетипично. Обычно она вытребывала себя к этому великому событию у него подарок, который выбирала самоё. А тут молчок. Наступило 23 августа, день рождения. Отдых. Ночью от неё раздались звонки ему на вертушка. Она что-то говорила пьяно. Какой-то звонок был для громкой связи с её стороны, что-то про «я без- твоя теперь, слышишь, а ты?». А какой-то со странным вопросом около смех, на который он ответил односложно и бросил трубку.

{конец третьей части}

Повествование о ненастоящей человеке
(часть 4)

Она исчезла. Но Витёк пока вдруг практически стал жить у него. Он наслаждался. Витёк наслаждался. Им был десятая спица не нужен. Они игрались вместе. Витёк засыпал сообща быстро, обняв отца. Потом он оставлял его и спал таланливый в своей кровати.

В три часа ночи воскресенья раздался звонок. Возлюбленный взял трубку. Она была по обыкновению в зюзю. Ей желательно приехать с какой-то дискотеки. Он давно привык. Край есть. Такси привезло её быстро. Она была более чем пьяная и довольная, её плющило изображать маленькую девочку мальвину, вела себя по части детски. Жизнь её удалась. Она мычала про сие пьяно долго. Он слышал, но не обращал особого внимания. Было чего не наелся и главное не было наездов и разборок (что иногда происходило пьяными приездами — коли так он вызывал ей такси и принудительно отправлял на Неродного ополчения прежде дому, до хаты)… Проснулись утром. Её было неважный (=маловажный) узнать. То хихикала, то мотала рукой и произносила «да что ты блин!». Необычно. Скоро собралась и уехала.

29 августа к нему бери вайбер пришла от неё картинка. Она стояла пьяная и довольная идеже-то в командировке. «Что это?» — спросил некто.
«Я переезжаю на следующей неделе. Ну и официально тоже».
«Куды?»
«В Щельню» (аборигенный пригород).
«А Витёк?»
«Со мной. В садик будет ходить оный же.»
Это рядом, можно видеться однако будет с сыном. Подумал спирт.
Потом от неё пришло второе изображение. Это была фотка приглашения возьми свадьбу 2 декабря между Александром и понятно кем.

Из командировки и видимо мини-медового месяца будущие новобрачные приезжали в пятницу 1 сентября. До этого времени Витёк жил у отца. Повечеру 29-го он забрал сына из садика и обычно отвёл к себе. Долго ходил, думал. Потом таки сказал. «Тебя забирают сынок. Твоя милость знаешь дядю Александра?»
«Да, видел, он маму возит».
«Твоя милость будешь скорее всего жить с ним. В другом доме.»
«Дьявол маме новый телефон подарил. С кругляшком внизу»

Ах во почему она не требовала подарков на д/р. Там было бинго. Без всякого сомнения.

Витёк внешне оставался спокойным. Но, когда они стали утискиваться спать, началось. Витёк не мог. Сильно прижимался к отцу, гладил рукой сообразно плечу. Первый час молчал. Просто не мог забыться сном. Потом залепетал «Папа, папа, не пропадай. Спаси. Неважный (=маловажный) хочу как тогда надолго. Папа, папа…»

Витьку было плохо. Ему, слышащему такое через сына 4,5 лет, ещё хуже. Они чувствовали, как будто что-то пойдёт не так, что расставание короче самым плохим из всех ранее. Витёк уснул. Хотя просыпался каждый час и бежал к отцу. Он же маловыгодный ложился вовсе. И перехватывал сына то на кухне, в таком случае в одной комнате, то в другой. То в санузле. И нёс назад. И укладывал его. И разговаривал, успокаивал, убаюкивал. Утром отвёл в садик. Совершенно последующие дни до пятницы продолжалась та же самая изображение. Витёк не мог долго уложиться, Витёк не хотел давать) свободу его. Витёк часто просыпался ночью и бежал к отцу. В пятницу симпатия отвёл Витька в сад в последний раз. Вечером его забирали. Витёк малограмотный хотел. Но было надо…

В пятницу он запил. Передо глазами стояла одна и та же картина. Витёк, дудящий «Папа, не пропадай. Спаси». Одному было хоть волком вой. Но коньяк приносил некоторое облегчение.

Наступил понедельник. Раздался звонок. Возлюбленная просила забрать Витька на следующие выходные в последний как-то раз.
«Что так?»
«А мы уезжаем навсегда после них. Витёк до этого (времени с бабушкой неделю, но на выходных она на даче. Забери его нате выходные в последний раз. Я сейчас в другом регионе вообще.»
«С годами мёдом намазано видимо» — только и смог он неприветливо ответить.
«Там квартира покупается. И мы сюда переезжаем».
«Куда ни на есть?»
«В Нескольково, мы её уже смотрели. Можешь сам с Алчным потрепаться, я могу только по поводу ребёнка с тобой общаться» — возлюбленная потом часто называла его по фамилии.
«Ну пускай звонит».

И он услышал Александра. Тот упивался разговором. С веселей обложил матом и обозвал его всеми известными Александру ругательными словами. Алексюха был весел. Кричал, что выиграл. Что теперь дружно с ней. Навсегда. И Витёк тоже. Александр его будет растить, а не он.

Понятная картина. Долго бухали, и она подобно ((тому) как) всегда жаловалась окружающему миру на него. Он грош цена (в базарный день) человек. И это должны были знать все. Александр покорливо впитал любимые её пьяные бредни в его адрес. И днесь упивался своей безнаказанностью, хамством и властью. «Чепушила твоя милость и член с горы теперь Витьку» — были его в особенности употребляемыми ругательствами типичного деревенского интеллигента из Щельни.
«Безусловно что ты ему дашь? А я уже квартиру покупаю нам! У тебя аж машины нет!»

Алчный обладал идеально ржавой восьмёркой, нежели сильно гордился. На ней он полгода добивался прежде (всего) хоть кого, потом только её. Попытки перебить ругательный поток Александра натыкались на бронебойную защиту. Александр безвыгодный мог остановиться. Но ему всё-таки удалось врезаться с простым предложением «Ну зачем вам там неждачник? До этого был не нужен, вы его у меня столько времени держали. Проводите своё празднование без детей. Раздайте отцам.»

«Нет» — кричал Загребущий. «Я уже всё решил. Твой будет у нас. Ему со мной закругляйтесь лучше — я так решил! А старшого Игорку мы отдаём в Нахимовское».

«И сие ты называешь не избавляетесь от детей, и они вас нужны?»

Последовал новый поток брани. Витёк был нужен Александру в любом случае. В качестве идеального повода во (избежание постоянного злорадства.
А он… он вспоминал последние период Витька у себя… «Папа, не покидай. Спаси.»

Некто решил рассказать об этих последних днях сына с ним. А Алчный только рассмеялся в ответ и бросил трубку.

Он подумал. Позвонил своей маме в чуждый регион. Обрисовал что творится. У него были хорошие отец с матерью, во всяком случае научили не крыть матом собеседников. Мамуля предложила забрать Витька к себе в любой момент. «Приезжайте что другой, мы всегда вам рады». Поддержка всегда нужна. Всякий раз приятна. Всегда вовремя.

Надо было что-то мыслями где) и делать. Он открыл её страницу в соцсети. Там было ряд фото из поездок. На одной она стояла среди какой-то деревенской дороги с сигаретой в руке и перекошенным с пьянства лицом. На другом с бутылками. Её жизнь надо признаться удалась.

Набрал её.

«У меня тут всё как стоило бы. Всё как мечталось. Это тебе ничего не нужно, круг интересов других ты никогда не учитывал. Он всё делает по (по грибы) меня! Я счастлива. Не порти это ощущение. Оставь и плюнь и разотри про нас. Ему с нами будет лучше. Уже черезо несколько дней мы переедем навсегда далеко.»

Алчный позвонил далее сам. Видимо очень не понравились звонки от него ей в их совместную командировку.

«Не обращай внимания про Витька навсегда. Ты его больше никогда без- увидишь.» И поток уже ставшими привычными ругательств, в которые си трудно вклиниться. Александр красочно поведал, какой же угнетатель и недостойный жизни человек отец Витька, а кто же покамест. Но из большой жалости они соизволят провести с сыном последние неуд дня — прогресс на ближайшие выходные.

Он схватился по (по грибы) голову. Надо было вспомнить последние дни. Восстановить цепочку событий. Яко. День рождения, айфон, потеря её головы от сего. Витёк у него… «Папа спаси!» Как искры из глаз посыпались же! Дальше, дальше. Дискотека. Дискотека??? ДИСКОТЕКА!!!

Некто набрал Александра сам. Привычно выслушал кто он таковой на самом деле и как смеет беспокоить столь важного водителя восьмёры. Громогласно зевнул. Алчный аж икнул. Вот и перерыв.

«Ты отвечаю, что ей с тобой будет лучше?» Ну, никак не совсем хорошее начало, ну да ладно.

«Да драл ёб ёб!..» — интеллигента видно издалека. «Я ей предписание сразу сделал. Я мужик, ты говно.».

Охренеть, а Александр у нас шарлатан. И действительно же. Цепочка — объяснение в любви по вайберу (по моде и современно), почти сразу дорогой подарок к дню рождения, и вуаля — желаемый ЗАГС. Тут же празднование, бухня, дискотека по поводу. И супер-пупер-приз — ночью она едет по знакомой пьяне к нему, а неважный (=маловажный) к Алчному.

«Александр, а как насчёт быта. Она же ни аза не делает по дому.»

«Ха-ха-ха! Я и старый и малый-всё сделаю за неё!!! Бляха-муха» — сие многое объясняет.

«А как же её ежедневное пьянство?»

«А который не пьёт. Всё пьют! Я всё стерплю!!! Твоя милость лучше подумай, что ты в Сугруте творил — симпатия мне всё рассказала!»

Он подумал. Ну какой Сугрут? Спирт никогда там в жизни не был. Значит напилась накануне сказок. Больше про «он такой плохой» дать огласку ничего не осталось в синявой головушке и выдумывала на быстрее, и грузила собеседника красочными фантазийными историями про монстра нет слов плоти в лице отца её ребёнка.

«Александр, а ты знаешь, фигли она после твоих ЗАГСов всё равно ко ми приезжала.» — тихо спокойно уверенным голосом. Немая храм мельпомены на том конце, что-то булькает. Видимо тормозная пасока пошла горлом. Брошенная трубка.

Александр набрал его вследствие полчаса. Был несколько обескуражен. Значит она всё-таки признала прибытие. А куда деваться. Неплохо. Матов в голосе поменьше. Звучит парадокс лучшего и умнейшего молодожёна в мире — «Это был у неё и один в случай, она никогда этого больше не сделает!» Симпатия его таки убедила.

«Александр! Сашенька, а ты уверен, как будто тебя не разводят?»

«Иди нааааа ..» И бросил трубку.

Звонит симпатия.

«Ты помнишь, что я тебе говорила по громкой взаимоотношения 23 августа? Странным образом — она запомнила. Суще в сопли на свой день рождения. А-а… это для громкую связь и «Ты чужой для меня персона теперь, абсолютно чужой..» или что-то в этом роде.

Хотя ведь там же ещё было что-то опять-таки. Нетипичное. Вспомнить… Вспомнить.

И после дискотеки чем возлюбленная там хвастался. Напрячься, вспомнить всё! «Жизнь удалась. Данное) время у меня будет всё как я мечтала. Через год я разбогатею.» Блуждающий бред ни о чём. Хотя. «ЧЕРЕЗ ГОД???» Нисколько не напоминает? Хотя, если он покупает на приманка до росписи, то трудно будет. Но есть Водан вариантик уточнить.

Александр позвонил сам. Закрепить свой свершение. Поток брани. Сплошные чепушилы. Удалось перебить.

«Сашенька, а на (что тебе чужой ребёнок? У тебя своих нету?» — вкрадчиво.

«Ми твой нужен! То есть он уже наш! И невыгодный называй меня так!»

«Сашенька, а ответь пожалуйста на Вотан простой вопрос. Ну ты разве своих не хочешь? А ей третьего с третьего мужа, ни разу не плохого и не тирана, а тебя милейшей души человека?»

Посчастливилось удивить. Ответ был нормальным голосом, даже благожелательным. «Неужли да. Планы такие у нас есть»

«Александр, ты убежден, что тебя не разводят?»

«Конечно, я ж не ты!» И опытный поток вульгарной ругани.

«Сашенька, мы все так думали часом-то. И первый её муж кстати законный. И я. Но… стали плохими в её глазах, бракованными. Сие не она такая, ну конечно же. Это да мы с тобой все виноваты. А ты другой?»

«Да упс! Я другой!» — некто точно другой.

«Ну ладно, Александр. Я всё понял. Желаю тебе счастья и безумной любви. (ясное, никогда не будет никаких измен. Все ранее ни в расчёт. У вас высокие отношения! Никогда не будет никаких судов. С тобой возлюбленная так больше делать не будет. Те прошлые с нами, такими плохими отцами детей, в свой черед ни в счёт. Она на судах никого никогда безлюдный (=малолюдный) пыталась развести! Она святая женщина! Я так счастлив вслед за вас. Просто люблю!» — он подумал, что Сашуха ведь даже не знает как называется то, кое-что он только что сказал…

«Ты это… маловыгодный говори такое, я могу неправильно понять… Уот» — классический будущий муж планеты обескуражен. Он видимо понял токмо последнее слово.

«Я вас оставляю, Александр. Только единственная з, извинись, пожалуйста передо мной за свои ругательства. Короче я ведь настолько плохой человек по её бредням пьяным и твоему ликованию ото этого, думать буду всякое, а мысли меня ого-го куда ни на есть завести могут. Это ты стерпишь всё. А кому-так не дано. Пусть таких ты и не считаешь мужиками. Все-таки только у тебя, всё позволяющего своей жене — правильное идея. Все остальные плохие и недостойные жить. Эх…»

«Иди охота вам! Наслаждайся последними двумя днями выходных с уже не твоим сыном.»

«Необдуманно ты так, Александр, я бы на твоём месте подумал и извинился.»

Только Алчный бросил трубку.

Вот же как происходит одначе… Не хотят извиняться. Не при каких условиях. Сии гордые современные скоро несвободные люди, уверенные в общей любви к золотому тельцу, которого они видят наперсник в друге. Эх, не имей сто рублей, а имей сто друзей.

Спирт расслабился. И тут пришло воспоминание. Само. Он вспомнил сколько там было такого сказано пьяной смеющейся будущей женой великолепного интеллигента в ночное время ему 23 числа. Во втором звонке был запрос. Она прям гоготала, была в жопу пьяна и…

«Как твоя милость относишься к куколдам? Ха-ха»

Он тогда ответил «Деньги» и бросил трубку. Но шальная мысль успела пройти. Что мадам за последний год узнала толк в разных извращениях.

Полная трава событий. Восстановление.

Эксклюзивное признание по вайберу.
Дорогой взятка на день рождения.
Она потекла. И от моря знакомого пития для свой праздник.
Звонок громкой связи «Я теперь чужая!»
Следующий звонок попозже совсем пьяный. Что у пьяного на языке, в таком случае…
«Как ты относишься к куколдам?»
Интересно, а Алчный-то знает кое-что это?
Предложение руки и сердца. Она согласная!
Дискотека века за этому поводу. Пьянь до усрачки.
Приезд на таксомотор к нему вместо жениха.
Нет, ну Александр точно далеко не знает.
«Через год я разбогатею, моя жизнь удалась, (как) будто я и хотела!»
Утром «ну блин» и хи-хи. Самой просто смех. Его теперь тоже улыбает.
Александр этих улыбок ни в жизнь не поймёт.
«Переезжаю в Щельню!»
«Папа, спаси»
«Нет, невыгодный в Щельню! А в Нескольково! Это далеко и навсегда!» — Авантюра следовать авантюрой.
Ата-баты, ох, эти маты. Ой, чисто же проще было бы без них.
«Старшого в Нахимовское. Твой с нами. Воспитаю непосредственно как себя.»
Воспитанный ты наш…
«Я всё по дому сделаю ради неё!» — как это типично для куколдов…
«(беспросыпное? Стерплю!» — стерпит! стерпит!!!
«Я ей покупаю квартиру. И у нас брось третий ребёнок!»
У вас — у нас. Приём. Иногда случается полезно знать законы и возможности совершить банальные комбинации вдоль «было ваше — станет не ваше».
Никаких разводов ни нате что! Только брак — вот выбор истинного ценителя вкуса!
А симпатия святая. Никогда никого не обманывал, никому не изменяла, ни плошки не пыталась забрать по судам.
И вся череда событий — считанные век. Всё бегом. И тот, и другая стремятся всё успеть якобы можно быстрее. Встретились два авантюриста. Ей нужен был такого типа муж годами. И она разом его получила. Мечты сбываются. Нужно было легко верить и ждать. А потом бежать-бежать-бежать. Галопом.

Оставались последние две дня выходных с Витьком. Потом ещё видимо не п чем через год.

{Конец}

Все имена и названия вымышленные. Происходившее в отлучке.