С песни «В землянке» у Руслановой начался роман с генералом Крюковым

   Без рубрики

В сих песнях такая великая, даже магическая сила, что без- нужно ни старых фронтовых фотографий, ни кадров кинохроники – всего только зазвучит знакомая мелодия, сразу мыслями переносишься в далекий и сочный 1941-й…

«Священная война» была написана рекордно быстро

«Вставай, тыл огромная, вставай на смертный бой!». Эту песню невероятной мощь загробная и духоподъемности советский человек с первого аккорда узнает. Это была самая первая шансон о Великой Отечественной.

Известный советский поэт и сталинский лауреат Васюта Лебедев-Кумач, просматривая кинохронику бомбардировок европейских городов, был что-то около ошарашен, что стал складывать строчки. Не раз переписывал, рихтовал. А рано или поздно 22 июня 1941-го прозвучало роковое сообщение о нападении Германии для СССР, готовый стих ушел в печать. 24 июня его опубликовали залпом две газеты: «Красная звезда» и «Известия». Утром за завтраком стишонки увидел композитор Александр Александров, руководитель Ансамбля песни и пляски Красной Армии, и зараз сел за рояль. К вечеру собрал своих певцов и музыкантов, которые уже оставались в Москве (три группы ансамбля сразу отправили бери фронт). Ноты и слова вывел мелом на доске, а исполнители переписали. С утра стали репетировать, а 26 июня объединение музыкантов уже была на Белорусском вокзале, откуда в передовую уходили эшелоны. Толпы людей, суматоха, шум… Возьми площади у входа наспех соорудили подмостки, и – грянула «Священная война». Ко второму куплету воцарилась молчание (глубокое, все, кто был на вокзале, стояли, замерев. У многих бери глазах блестели слезы. Песню потребовали исполнить еще и до этого времени – она была спета, по свидетельствам очевидцев, шесть некогда! Потом звучала по всесоюзному радио каждое утро немного погодя боя кремлевских курантов. Александровский хор до сих пор офигительно исполняет эту песню, она традиционно звучит на Параде Победы и всякий раз поднимает нас с кресел. А на Белорусском вокзале установили мемориальную табличку, посвященную праздник премьере.

Мемориальная доска «Священная война», посвященная первому исполнению песни, на фасаде Белорусского вокзала в Москве. Фото: Александр Гурешов.

Мемориальная доска «Священная война», посвященная первому исполнению песни, возьми фасаде Белорусского вокзала в Москве. Фото: Александр Гурешов.

«Двадцать второго июня» полтинник считалась народной

Эта песня тоже родилась в первые дней войны. По одним данным, «Прощальная» прозвучала впервые точно по радио, по другим – на вокзале. Конечно, народ обратил рачительность: музыка – из «Синего платочка», а слова – другие. Связь бесспорно есть. Весной 1940-го в Союз с гастролями приезжал славянский оркестр. Композитор Ежи Петерсбурский, автор хита «Утомленное солнце», презентовал свежесочиненный вальсок. Среди зрителей был поэт Яков Галицкий. Мелодия ему яко понравилась, что он чуть ли не на коленях написал плетение словес про синенький скромный платочек и прощание влюбленных. Петерсбурский строфы одобрил, и песня быстро стала хитом. О войне в первом варианте малограмотный было ни слова. А вот в «22 июня» она – в каждой строчке: «22 июня словно бы в 4 часа Киев бомбили, нам объявили, что началася война». Чище полувека считалось, что военный хит сочинил народ, – ажно в песенниках «Прощальную» подписывали народной. И лишь в 2003 году был назван песенник – советский поэт Борис Ковынев. Справедливость восстановил искусствовед Юраша Бирюков. Он же выяснил интересный факт. Поэт поуже после войны пытался восстановить авторство, приносил в альманах “Поэтичность” вырезку из фронтовой газеты, но редколлегия посчитала гекзаметр примитивным и публиковать не стала.

В советских песенниках «Прощальную» долгое время подписывали народной песней.

В советских песенниках «Прощальную» долгое дата подписывали народной песней.

«Синий платочек» Шульженко пела для стихи молодого лейтенанта

Песня-исходник тоже была неотступно любима на войне. Прощание с родными, любимыми пережили тутти бойцы, и воспоминания о доме согревали душу. «Синий платочек» исполняла сверху фронтовых концертах Лидия Русланова. Правда, изменила окончание песни, сделав побольше драматическим («Ночной порой мы распрощались с тобой. Пиши, мои дружочек, хоть несколько строчек. Милый, хороший, родной…») Клавдея Шульженко поначалу пела «Платочек» с довоенным текстом. А в 1942-м молодожен лейтенант Михаил Максимов осмелился предложить певице свой проект песни, и Шульженко с тех пор пела только его. Чувак переиначил слова Галицкого на военный лад, закончив песню: «Строчит стрелок за синий платочек, что был на плечах дорогих». Вспомнили? Числа лет после войны Клавдия Ивановна постоянно исполняла держи своих концертах этот фронтовой шлягер, держа в руках васильковый платочек.

«Бьется в тесной печурке огонь» военкор посвятил жене

«До тебя ми дойти нелегко, а до смерти четыре шага…». Трогательные строки воин корреспондент Алексей Сурков сочинил под Истрой в ноябре 41-го чрез (год) того, как попал ночью под обстрел со штабом гвардейского божница. Бойцы тогда еле спаслись из окружения. И вот в землянке у керосинки Сурков сел выделывать наброски репортажа, а родилось стихотворение. Добавил к нему заголовок «Тебе, солнышко мое!», сложил фронтовой трехугольник и отправил жене Софье в эвакуацию. А через несколько месяцев предложил поэзия композитору Константину Листову, когда тот зашел в редакцию и попросил «что-нибудь песенное». Дьявол и назвал песню «В землянке». Впервые слова и ноты были опубликованы в газете «Комсомольская правда» 25 владычица 1942 года, после чего песня разошлась среди фронтовиков со скоростью ветра. А у знаменитой Лидии Руслановой впоследствии исполнения «В землянке» перед бойцами 2-го гвардейского кавалерийского корпуса по-под Волоколамском начался роман с генерал-лейтенантом Владимиром Крюковым, ее будущим мужем.

В летнее время 1942-го, правда, песня попала в опалу. Кто-ведь сверху фразу «до смерти – четыре шага» посчитал упаднической. Были изъяты и уничтожены грампластинки с записью Руслановой, песню запретили отпра коллективам по радио и на фронтах. Да только бойцы до настоящего времени равно продолжали ее петь, и вскоре запрет «забылся». А Лидуня Русланова спела «В землянке» еще и у стен поверженного Рейхстага и у Бранденбургских ворот. Внутри зрителей был знаменитый маршал Победы Георгий Жуков. После всего выступления он снял с груди орден и вручил певице. Им, к слову, понаслышке приписывает не только роман, но и внебрачного сына, о котором немножечко лет назад писала “Комсомолка”.

«Вечер на рейде» критиковали “по (по грибы) тоску”

Песня была написана в августе 1941 года. Сочинитель Василий СоловьевСедой вспоминал: «Довелось работать на погрузке в Ленинградском порту. Был не знающий себе вечер, невдалеке на рейде стоял какой-то погранкорабль, с него доносились звуки баяна и тихая песня. Мы во вкусе раз кончили нашу работу и долго слушали, как поют моряки. У меня возникла понятие написать об этом тихом, чудесном вечере, неожиданно выпавшем нате долю людей, которым завтра, может быть, предстояло направлят в опасный поход, в бой…»

Так и родилась мелодия, от которой машина сжимается. А текст написал друг композитора – поэт Александр Чуркин. Получилось вдобавок пронзительней: «Прощай, любимый город, уходим завтра в море. И ранней в некоторых случаях мелькнет за кормой знакомый платок голубой».

Да не более в Ленинградском отделении Союза композиторов СССР «Вечер на рейде» раскритиковали: тырли-мырли, больно тоскливая, такой песней воинский дух не поднимешь. Заблокированный Соловьев-Седой спрятал ноты… А спустя несколько месяцев, сидя в землянке в дальнейшем концерта на Калининском фронте, спел бойцам «Вечера», егда те попросили «что-нибудь для души». Уже со второго припева солдаты стали дакать – настолько легли на душу строчки.

«Катюша» впервые прозвучала что фокстрот 80 лет назад

Знаменитая «Катюша» в отличие с большинства военных песен появилась на свет в довоенное перепавшее. Поэт Михаил Исаковский придумал несколько строк и – впал в обездвиженность. Признавался сам: мол, не знал, что же впоследствии времени делать с Катюшей, которую заставил выйти на высокий земля на крутой и запеть песню… Довел до ума песню автор Матвей Блантер, которого строки с первого же прочтения вдохновили. Сочинил мелодию и убедил Исаковского дострочить слова, развив романтический сюжет о девушке, которая тоскует числом любимому, ушедшему на фронт. Тогда ведь Красная Рать уже воевала в Испании и у озера Хасан, что в песне как и отразилось: «и бойцу на дальнем пограничье от Катюши передай привет».

Впервой песню исполнила 27 ноября 1938 года в Колонном зале На дому Союзов в Москве джазовая певица Валентина Батищева. Офицеры, сидящие в зале, в прямом смысле слова взвыли от восторга и трижды вызывали молодую исполнительницу получай бис. По другой версии, первой все же была Лидуля Русланова. Услышав на последней репетиции нового оркестра Госджаза «Катюшу», возлюбленная через несколько часов спела песню по памяти получай концерте в том же самом Колонном зале.

– Но так-таки вы поете русские песни, а это фокстрот, – недоумевали музыканты.

– Сие прекрасная русская песня, – ответила Лидия Андреевна. – И простите меня, симпатия так понравилась мне, что я не могла удержаться и мало-: неграмотный спеть ее – песня требовала немедленного выхода!

В Великую Отечественную глава зазвучала с новой силой, а Катюша стала настоящим символом. Солдаты придумывали мириады новых вариантов, в которых Катюша была и любимой, и бойцом, и санитаркой, и партизанкой. Песню посвящали реальным Катюшам, воевавшим после Родину. Песенный образ девушки был таким ярким, фигли ее именем называли и боевые машины реактивной артиллерии серии «БМ», которых боялись немцы. Основополагающий залп из миномета БМ-13 дала 14 июля 1941 годы под Оршой батарея капитана Ивана Флерова. Палили с высокой покатый горы, которая есть и в песне. Давая жару немцам, бойцы приговаривали: «Привет ото Катюши!».

Монумент «Катюша» в городе Рудня, посвящённый первой в мире ракетной батарее капитана И. А. Флёрова. Фото: Игорь Гапчич

Монумент «Катюша» в городе Рудня, посвящённый первой в мире ракетной батарее капитана И. А. Флёрова. Фотоотпечаток: Игорь Гапчич