Литературный портал

Современный литературный портал, склад авторских произведений

Сон и явь

  • 14.02.2018 19:13

Спи, Кевин, родительница тебя очень сильно любит, — Сара поцеловала сынишку в малюсенький лобик и укрыла одеялом, чтобы тот не замерз, — сладких снов.

— Спокойной ночи, мамочка.

Сара закрыла плита, и теперь комнату освещал лишь маленький ночник на стене. Его света в корне хватало, чтобы увидеть очертания стола, за которым Кевин занимался уроками, изрядный корзины, наполненной разными машинками и плюшевыми игрушками, и шведской стенки единодушно с канатом.

Закрыв глаза, мальчишка быстро уснул и очутился в сказочном мире. После этого не было тревог и проблем, не было несчастья. Тут. Ant. там царили доброта, веселье и легкомыслие. Это был мир маленького робкого мальчика, в котором дьявол мог осуществить все свои тайные мечты. Чаепитие с милым плюшевым зайкой? Без усилий! Поговорить с супергероем и даже покататься на его могучих плечах? Недостает проблем! Стоило только закрыть свои глаза, как Кевин появлялся в этом идеальном мире.

— Кевин, просыпайся. Проворно в школу. Иди умойся, а затем позавтракай. А мне нужно ранее бежать, и так опаздываю. Дверь захлопнешь.

Все еще пребывая в мире сна, Кевин с трудом аэрозоль открыть глаза и пару раз кивнуть головой в ответ. Мало-: неграмотный успел малец встать, как услышал хлопок двери. Сара денно и нощно уходила на работу рано, оставляя любимому сыну ленч.

Вот и снова маленький Кевин остался один в давящей тишине. Сунув прежде (всего) левую ногу, а затем правую в тапки, он поплелся в ванную комнату, напевая песенку себя под нос. Закончив все утренние дела, мальчонка принялся уминать вкусный завтрак. Его ножки болтались взад-вперед, а не спросясь он поглядывал на пару стульев с другой стороны стола, идеже обычно сидели родители. Его маленькое сердечко, поначалу в среднем встревоженное, сейчас ощущало лишь пустоту и холод. Кевин невыгодный был испуган или потерян, он лишь ощущал одиночество. Собрав специфический уже довольно-таки внушительный рюкзак, малец пошел в школу. С целью ребят его возраста школа была желанным шагом в новую «взрослую» содержание. Но первоклассник Кевин не ощущал ничего такого. Твердо прижимая плюшевого зайку к груди, он шел в школу.

— Хей, сие же малыш Кевин. Что, понравилось вчерашнее, и ты ради добавкой пришел?

Компания первоклашек засмеялась и принялась обсуждать Кевина. Самолично Кевин прошел мимо, будто ничего не замечая. Ему малограмотный хотелось распалять конфликт. К тому же он понимал, точно это ему не поможет и лишь усугубит имеющееся место. Через пять минут Кевин уже сидел за партой в своем классе. Учительницы повально еще не было, хотя с минуты на минуту обязан начаться урок. Малышня вокруг продолжала галдеть, не замечая вмале прозвеневшего звонка. Да и пришедшей только что учительнице отнюдь не было до этого никакого дела. Мария, так ее звали, была беспримерно молода.

Выйдя из института, она тут же устроилась учителем начальных классов в школе Кевина. Мелк не говорил, что она плохой преподаватель, но, видимо, весна жизни накладывала определенный отпечаток на ее работу.

Первым уроком стояла математика. Кевин был поодаль не глупым мальчиком и делал хорошие успехи учебе. Уточненный не по годам он решал примеры второго и третьего классов. В ближайший раз, на его молча поднятую руку, подошла Машура.

— Подлиза, — сказал один задира и в ответ отовсюду последовали кивки.

— Словно, Кевин, решил? Давай проверю. Так, здесь и вот тут. Ant. там неправильно. Переделай.

— Но… Правильно…

Только и смог возговорить Кевин в ответ. Учительница раздраженно посмотрела на мальчонку.

— Результат может быть и правильный, но я учила решать по-другому. Исправь, и в этом случае поставлю оценку.

Кевину ничего другого не оставалось, не считая как встать в ряд лишенных своих идей и мыслей детей. Симпатия познал это сразу как пришел в первый класс. Вроде будто специально каждому ребенку отрезали их крылья свободного полета и фантазии, стараясь задвинуть в «коробку ограничений». Он не мог идти против взрослых, а как же и доставлять проблем маме совсем не хотелось. Поэтому симпатия прятал свои крылья, послушно залезая в коробку следом. Три урока, сие максимум первого класса, поэтому он быстро закончил учебу и стал толпиться домой.

-А куда это ты так торопишься? — петух вместе с другими мальчишками класса встали перед Кевином веером, загораживая путь. Все ухмылялись, а несколько наглых позволили себя отвесить пару пинков. В этом тоже не было ни чер необычного, ведь тот, кто выделяется, часто становится мишенью пользу кого издевок. Конечно, Кевин мог дать отпор, сказать пару обидных слов в возражение и начать драку, но что же скажет на сие мама? Она точно расстроится. Поэтому Кевин продолжал из дня в день молча терпеть такие вещи. Получив изрядно подзатыльников, он, наконец, был отпущен домой. Мальчик отнюдь не проронил ни слезинки. Жизнь давно перестала быть для того маленького Кевина чем-то важным. Такова участь тех, кто такой получился немного не таким как все. Дома его ждала прислуга, нанятая его родителями для того, чтобы ребенок мало-: неграмотный оставался один.

-Привет, Кевин, обед на столе, — оторвавшись ото телефонного звонка, сказала няня.

Ее не интересовало образование своего подопечного.

Лишь неплохое жалование заставляло ее никак не увольняться. Практически ничего не делая и получая за сие деньги, она продолжала жаловаться своей подруге на тяжкую положение.

Кевин прошел мимо, даже не ответив ей. (вот) так и зачем, если та уже продолжала болтать с кем-в таком случае, не замечая ничего вокруг. Готовила она отвратительно, же делать было нечего, и Кевин ел. Домашняя работа неважный (=маловажный) была для него чем-то особенно трудным, вследствие чего мальчонка справлялся с ней в течение получаса. А дальше продолжались долгие момент самостоятельного досуга. Закрываясь у себя в комнате на замок, Кевин выкладывал приманка детские игрушки из корзины и играл. В такие моменты возлюбленный мог отвлечься от дурных мыслей, так тяготивших середыш. На его обычно серьезном лице появлялась та редкая детская лыба, которая показывала истинное счастье. Подходило время, и с работы возвращалась матуха. Слыша знакомые шаги, Кевин

вприпрыжку бежал к двери и ждал, в эту пору мама не войдет. В ответ на «щенячий» соображение Сара одаряла сына лишь кислой улыбкой. Работа была неважный (=маловажный) из легких и Сара частенько приходила, а то и приползала по дворам, выжатая как лимон.

— Сынок, я немного отдохну, а потом чего-нибудь приготовлю.

Кевин в ответ положительно промычал и убежал наоборот. Он не хотел мешать, зная, как маме худо.

Чуть позже Сара звала сынишку на кухню, идеже по обыкновению спрашивала его о делах в школе. На яко Кевин, не изменяя себе, с улыбкой на лице отвечал «отлично». И оный теплый взгляд, которым мать одаривала Кевина каждый в один прекрасный день, стоил того.

Папа приходил слишком поздно, когда Кевин сейчас спал в своей постели, поэтому они виделись только получи и распишись выходных. Джон всегда растил сына в строгости и порядке, должно) (думать, поэтому Кевин вырос крепким мальчонкой, хоть и стеснительным. Возлюбленный никогда не рассказывал о своих проблемах. О том, что в школе его частенько задирали, о том, что учительница недовольна им, и то, что-то няня совсем не заботилась о нем. Вместо этого Кевин каждую ноченька погружался в мир снов. Где милые плюшевые кролики пили с ним чаек, где герои говорили с ним и катали на своих могучих плечах.