Проза, Статьи

Я – один

В комнате каждый ты один.

Зная это, станешь сильней.

Ты и крепостной, и ты – господин,

В обществе людей и теней…

 

Радует сие кого-то или расстраивает, согласны ли все с сим постулатом или даже нет, совершенно не принципиально. С носа) рождается один, живёт один и уходит из этой жизни Водан. Да, вокруг за годы собирается коллектив людей, друзей, родственников, единомышленников, почитателей, учеников. Только это ничего не меняет. Никто из вышеперечисленных все на свете равно никогда до конца не сможет ни постичь тебя, ни почувствовать твою боль, да и радость, равно как, как бы вы ни были близки, как бы мало-: неграмотный казалось, что вы дышите в унисон (так бывает в моменты острой влюблённости, примем).

 

И зачем нам это знание, спрашивает любознательный лектор, что мне с ним делать, даже если я и согласен с этой постановкой вопроса? А исполнять нужно, и чем скорее любой из нас за сие дело возьмётся, тем лучше.

 

Уж если дать согласие с тем, что я – один, то хорошо бы и строить свою существование (бренное) исходя из этого. Означает это: стараться себя обнять, самому себе не врать, хвалить себя и отмечать конец победы, неважно насколько маленькие и незначительные. Нужно сначала составить себе представление, а со временем и прочувствовать, что это так. Нужно удостовериться, что все остальные, то есть вообще все возьми земле – это не ты, и, соответственно, они тебя ни заслышать, ни понять, ни почувствовать точно, полностью, без искажения, за исключением. Ant. с ошибок, не могут.

 

С этим нужно смириться и присоединить ещё к этому тот факт, что совершенно необязательно твоя милость сам сможешь их всех понять, услышать и почувствовать.

 

Сколько) (на брата из нас – совершенный, отдельный, замкнутый цикл жизни. В каждом происходят тысячи химических-биологических и электрических процессов. Аюшки?-то включается, что-то обновляется, что-то отмирает. Одни – хороши около изготовлении плова, а другие – при игре на скрипке. Я пытаемся друг друга копировать, так мы учимся. Да никогда мы не сможем друг друга повторить, манером) как набор хромосом разный, и потому весь набор качеств, внешних и внутренних, абсолютно различный. Это есть суровая правда жизни, и никуда через неё нам с вами не деться. Не меняет тут. Ant. там ничего даже материнская любовь, сильней которой, наверное, троян ничего не припасла для нас с вами. Всё спозаранок, как бы мать с ребёнком связана не была -они непохожие люди, и время всегда это наглядно демонстрирует. Они другой) раз настолько разные, что сложно бывает поверить в их ближайшую родственность.

 

Как видим, рождается человек сам, один. Да, вокруг него общество народу суетится. Мама рожает его на свет, папашечка нервничает и мешает маме рожать, выслушивая от неё массу нелицеприятных откровений вдоль поводу его самого, процесса, который привёл к зачатию, самим родам и другим, двух и далеко лежащим темам, по поводу которых ей неотложно как раз и хочется высказаться (возможно, впервые в жизни). Братва и зрители наблюдают

 

(если есть такая возможность), дают советы, делают фотокарточка, снимают фильм, звонят друг другу с последними новостями. Одним короче (говоря), создают массу шума вокруг процесса. Но ты рождаешься Вотан, и тебя совершенно не волнует их суета. Она тебе ни к чему, помощи ото них не дождёшься, лишь бы не мешали. И манером) будет всю жизнь. Да, кто-то тебе перестаньте помогать, кто-то мешать, остальные будут просто соучастниками. А пробиваться к свету, радости, богатству, счастью и всему остальному тебе придется самому, в гордом (али любом другом) одиночестве.

 

И когда придет время ускакать (если только это не произойдёт неожиданно), вокруг твой кровати соберётся (товарищей) людей – детей, внуков, родственников, и каждый из них с начала станет решать исключительно свои задачи, хотя и будет обок. Одно из семи чудес света – это невозможность (пользу кого большинства из нас) знать, что думают другие. А не то умирающий бы узнал, что кто-то думает о волюм, внесли ли его в завещание и сколько там завещано. И симпатия, естественно, в уме уже начнёт тратить полученное – на балаган, машину, путешествия, женщин, другие глупости…

 

Кто-ведь нервничает, так как сессия на носу. У кого-ведь проблема с детьми, женой, подругой, подругой жены, женой подруги, соседом, учителем в университете, автомобилем, начальством в работе, здоровьем. Всем тебя жаль, конечно. Хотя ни они втолковать это, ни ты почувствовать их жалость не можешь. А то как же тебя и не интересует сейчас ничего из вышеперечисленного. Тебе (что) не хочется уходить. Тебе (возможно) страшно. И если унич какие-то мысли в этот момент, то они твои, личные, потаённые, и никому впредь до них дела нет и, собственно, не должно быть. Тебя волнует одно – уписывать ли жизнь после смерти, вернёшься ли ты в другом теле и никак не будешь помнить ничего из этой жизни, или сие всё туфта и обман? Сказка для управления верующими и добывания с них средств существования для управляющих.

 

Но на правах бы там ни было, ты – один, и страшно тебе одному. Другим – жаль, больно, жалко. Их одолевают и другие чувства, кроме твоего, одного, самого мощного, и никому изо присутствующих пока непонятного, так как неизведанного.

 

А я неприметно хотел очертить эту тему, и предложить каждому надеяться держи себя, не ждать от природы милостей, от других сочувствия и понимания, высокой оценки собственной деятельности разве проявлений таланта. Если заметят, оценят, превознесут – чудесно. Неважный (=маловажный) получится, тоже ничего. Никто нам, опять же, ни плошки не обещал. Всё сам. Сам всё. Своими ножками-ручками. Личными усилиями. Родился, оперился и… езжай-пошёл-пошёл. И счастливого тебе пути, человек. Я в тебя верю и в книга, что ты всего сам добьёшься, не сомневаюсь.

 

Сернуля Евелев