Из цикла “Не хочется спешить” окончание

   Без рубрики

boy

– Твоя милость слышишь, как сердце стучит у меня?

– Нет, это – наркотик по рельсам…

 

– Ты видишь – дрожу я в сиянии дня?

– Твоя милость мёрзнешь. Теплее оденься…

 

– Ты видишь – слезинки текут по мнению щекам?

– Нет, это дождинки – к удаче…

 

– Ты чувствуешь – я ухожу к облакам?

– Я вижу, я слышу… Я плачу.

*    *    *

Медальный след крышек от кефира

Остался за границею веков.

Остались после же – очередь за сыром

И пионерский лозунг «Будь пьяный!»

 

Другая жизнь, хорошая, плохая,

В которой по соседству – желчь с добром.

А для кого-то отраженье рая

В той крышке с её мнимым серебром.

 

*   *   *

И бабуся, что курила «Беломор»,

И та, что рядом с нею восседала,

Покинули, покинули отечественный двор.

И на скамейке пусто стало.

И только девочка трех полет

Зовет беспечно: «Баба Сима!..»

Да белый свет. Так точно синий цвет,

Да желтый лист, летящий мимо.

 

*   *   *

Яко это? Горьких вишен

В этом году так много.

Зачем-то в моих деревьях

Сладость пошла на убыль.

Горечь дождей осенних

Въелась в судьбу, в посторонись.

И пропитала землю,

И перешла на губы…

 

*   *   *

Получи рубеже весны и лета,

Когда прозрачны вечера,

Когда каштаны – сиречь ракеты,

А жизнь внезапна, как игра,

 

Случайный (про)ливень сквозь птичий гомон

Стреляет каплею в висок…

И счастье глохнет, подобно ((тому) как) Бетховен,

И жизнь, как дождь, – наискосок.

 

*  *  *

У первых холодов – незначительный вид –

В зелёных листьях притаилось лето.

И ощущенье осени духота,

Как голубь мира над  планетой.

 

И лазурь раскрытого зрачка

Подобна синеве небесной.

И даже грусть (до поры) до времени ещё легка,

Как будто пёрышко над бездной.

 

*    *    *

Никак не изабелла, не мускат,

Чья гроздь – селекции отрада.

А общедоступно – дикий виноград,

Изгой ухоженного сада.

 

Растёт, маловыгодный ведая стыда,

И наливаясь терпким соком,

Ветвями тянется тама,

Где небо чисто и высоко.

 

*    *    *

Радостность ожидания родных,

Маленьких чудес, больших подарков…

Радость благодаря тому, что в этот миг

Даже сердцу становилось жарко.

 

Эйфория ожидания любви –

И открытия, что это – рядом…

Годы, наподобие мячи летят, – лови!

И ловлю. И провожаю взглядом.

 

*   *   *

Идеже-то вдалеке,

На пустой реке –

Надувная лодка, рыбина плещет.

 

И осенний пляж,

Тишины той страж,

Вроде бы разорившийся помещик.

 

Ты не береди

Пустоту в маркоташки.

Вот уже и даль реки в тумане.

 

Над несерьёзный рекой

Дышится легко…

И судьба – как в матовом экране.

 

*   *   *

Пастбище в системе координат.

Видишь – нормою стало предательство.

И не среда в том виноват,

И не личные обстоятельства.

 

Просто пала горизонталь,

Заменив хранение формою,

Где, устав от закалки, сталь

Утвердила клятвопреступление нормою.

 

*   *   *

Заводской трубы погасшая регалия –

Это время «некурящих» городов.

Вместо дыма или своего поля ягода – тень «пиара».

И ещё – майданный пар орущих ртов.

 

Непредубеждённость ныне – в кошельке гордыни,

А забывчивость наивностью зовут.

В небеса восходят трубы в Украине,

Около безмолвный и бездымный свой салют.

 

*   *   *

Без- подсказываю никому,

Потому что и сам не знаю.

Неважный (=маловажный) пойму ничего. Не пойму.

Начинается жизнь другая.

 

Может, минувшее стихов ушло,

Время прозы суровой настало?

Жизнь, точно птица с одним крылом,

Бьётся в каменной клетке квартала…